— Не поняла?

— Я тут у вас почитал биологию… знаешь, техногенное развитие дает свои преимущества. Считай, у нее сейчас происходит перестройка ДНК-цепочки под код Михея. А это и больно, и неприятно. И так я выбрал самый легкий вариант.

Аня извлекла из сумки бутылку с водой.

— Держи. Стаканчиков, уж извини, нет… А есть варианты сложнее?

— У вас бедный магией мир. Считай… всю силу с жертвоприношения, со смерти чуть не десяти человек я отдал для ритуала. А если пользоваться только своей магией, это на пару лет растянется. Каждый месяц проводить такие ритуалы… муторно. Да и болезненно, когда кровь замещается… то есть меняется код, это как рак. И организм сопротивляется.

Аня кивнула. Это она могла понять.

— Или пара лет на своей силе — или жертвоприносить кого-то?

— Или так. Но ты думаешь, это легко?

Аня так отродясь не думала. Уколы колоть — и то не всем под силу.

— Кругом ограничения…

— А как еще? Бесконтрольной силы не бывает, равно как и беззаконной магии.

Эреш одним глотком осушил бутылку.

— Хорошо…

— Поэтому дед Михей и говорил, что долго не покажется?

— Поэтому. Он не знал, что я и свою силу вложу… думал, придется отдавать то, что он себе на жизнь оставил.

— Ты благородно поступил.

Эреш фыркнул.

— Вот еще… благородно. Просто теперь он мне должен, а отдать не сможет. Пусть мучается, гад такой.

Да, василиск есть змей. И точка.

Эреш фыркнул повторно и протянул руку.

— Иди сюда? Ну его в болото, старого…

Аня подлезла к нему под мышку, прижалась покрепче.

А ведь и правда — хорошо.

Колышутся величественные сосны, лукаво улыбаются с неба звезды, играет волосами теплый ночной ветерок, и шепчут что-то тихое сосновые ветви. И такое умиротворение накатывает…

Свернуться бы в траве — и спать. И впитывать это невероятное лесное прикосновение всем телом, м каждой его клеточкой…

— Остаться бы тут… подольше.

— Жаль, что мы не одни, — согласился Эреш.

Но им и так было хорошо. Тихо, спокойно и уютно.

И вовсе не важно, кто тут василиск, а кто — человек. Хорошо…

— А ты мне покажешь, что тебе дед Михей отдал? — попросила Аня.

— Конечно, — Эреш, продолжая одной рукой обнимать Аню, второй достал из кармана небольшой мешочек темной кожи, распустил зубами завязки — и вытряхнул Ане на подставленную ладонь кольцо.

Большое, старое… то ли мужское, то ли женское…

Темный, почти черный металл, плоская грань, на ней рисунок — два полукруга сверху и снизу, выпуклыми сторонами к центру перстня. Между ними ромб, который касается каждого полукруга острым концом. В ромбе вписана буква «R», только странная. Словно бы не латинская, а какая-то…