И — нет. Это не шашлычки на природе. Потому что в одной руке у василиска была прядь волос девушки, а в другой кулон из лунного камня. Большая капля, свисающая с тонкой цепочки.

— Подойдет, — объяснил василиск. — Для девушек — в самый раз.

Аня не разбиралась, а потому предпочла поверить на слово.

Волосы полетели в костер.

Не было ни заклинаний, ни ритуалов, ничего не было, просто Эреш шевельнул рукой — и в облаке дыма над костром начал формироваться силуэт девушки. Светлый и прекрасно различимый в темное время суток. Она сияла собственным светом. Казалось, что василиск тут и не при чем. Если бы по его вискам не катились крупные капли пота, а зубы не были стиснуты так, что клыки из-под губ выглянули…

Аня вцепилась в руку Нине, но женщина не была в претензии, «цеплялки» были вполне взаимны.

— Ты пришла.

Первым произносит слова тот, кто призвал. И он же произносит последние…

— Да.

— Тебя отпустить — или ты будешь мстить?

Призрак не колебался.

— Мессссти! Я хочу мести!

— Ты понимаешь, что можешь исчезнуть навсегда?

— Да.

— Тогда… посмотри на этот кулон.

— Да.

— Сейчас я отпущу тебя. У тебя будут ровно сутки с этой минуты. Если справишься — через сутки окажешься рядом со мной, и я отпущу твою душу. Если нет… Твое право и твой выбор.

— Мой выбор…

— Будь по-твоему.

Эреш сделал жест рукой с кулоном и прошипел сложную фразу. В следующий миг девушку-призрака словно бы стянуло в одну сияющую точку, и эта «мошка» пролетела через кулон.

Свернулась, блеснула, а потом лунный камень на секунду помутнел, блеснул кровью, и девушка появилась снова.

С другой стороны и костра и камня.

И выглядела она уже иначе.

Не бледный сгусток дыма, но вполне плотное… нечто.

И оно было опасным. Аня понимала это вполне отчетливо. Злым, опасным, жестоким…

— Сутки, — напомнил Эреш.

Девушка запрокинула голову и рассмеялась. Негромко, жестоко, страшно…

— Я запомню. Благодарю тебя, чешуйчатый…

И поляна опустела.

Остался только примороженный след травы над тем местом, где завис призрак, и кулон в руках Эреша.

Лунный камень поменял свой цвет на розоватый.

Аня медленно отцепилась от подруги.

— Эт-то все?

Голос был словно чужой.

— Да.

— А…

— Теперь остается только ждать, — пожал плечами василиск. — Я ее отпустил, а уж что она решит дальше — ее дело. Если переоценит себя и свои силы, то развеется и камень рассыплется в пыль. Если вернется — я уничтожу камень и отпущу ее.

Аня кивнула.

— Поедем домой?

— Нина потерла лоб.

— Да… жуть какая-то.

Эреш пожал плечами.

— Вы, люди, вообще так странно друг к другу относитесь. Нас мало, и мы друг друга бережем. А вы плодитесь, как крысы, вот и не понимаете ценности жизни.