В конечном итоге, я снова вернулся к «храму». Он вновь был открыт и прямо-таки приглашал меня внутрь, чтобы погреться. Делать было нечего. Верить и ждать, что портал назад откроется сам по себе, я не мог. Это было чревато, может, и не смертью, но обморожением конечностей. Больше всего я переживал за «чижика». Потеря оного была для меня хуже смерти. Взвешивать тут было нечего. Вперёд и только вперёд!

В этот раз двери закрылись моментально, стоило мне перешагнуть через порог. Не хотел этот монстр меня отпускать. В первый раз он, кажется, игрался. Никак иначе я объяснить его нерасторопность не могу. Ведь сейчас он среагировал моментально. Медлительным он точно не был. И в том, что это место именно монстр, я не сомневался. Сейчас он не пытался скрыть свою ауру, и я ощущал её своим нутром. Даже Первый проснулся, снова начав зудеть.

— Эй, где это мы? — в самом деле спал? Удивительно, как он не проснулся от моих матов, которым я покрывал тех ледяных каменюк. — И что это за ужасная аура?

— Прямо сейчас, друг мой, мы пробираемся в тело огромного монстра, сокрытого под толщей льда! — без утайки ответил я и использовал огненный шар, подвесив его на руке, чтобы освещать путь.

— Постой-постой! — Первый напрягся, прочитав мои мысли. — Что ты сейчас сказал⁈

— Сказал, что мы с тобой, сейчас спустимся к нему в желудок, — я усмехнулся и подошёл к краю ледяной горки, которая вела глубоко вниз. — И никто не сможет меня остановить.

— Алекс, падла! — Первый вопил, как ненормальный. — Ты что творишь? Ты понимаешь, что ненормально так пугать людей, когда они просыпаются⁈ Я оставил тебя на часик, решил немного вздремнуть, а ты тут такое учудил! Какого хрена⁈ Я теперь никогда уснуть нормально не смогу, зная, на что ты, мать твою, способен!

— Да успокойся ты, — я пытался держаться на веселе, но с каждым моим шагом это становилось всё труднее делать. — Если мне придётся выбирать: замёрзнуть снаружи от холода или погреться в желудке у неведомой, доисторической твари, обитающей в параллельном измерении… Я, определённо, выберу второй вариант! Ты хоть представляешь, какой это позор, если мы тут в сосульку превратимся, а нас потом следующая группа найдёт? Ты только подумай! Помер не от монстров, а от холода! Мы переродимся, и нас засмеют! Если и выбирать смерть, то красивую! Которую запомнят на века!

Речь моя была красивой, и аргументы весомыми. Но Первому было на них до лампочки. Плевать он хотел на красивую смерть. Ему просто не хотелось умирать. И я его понимал. Быть сожранным, пожалуй, худшая смерть из возможных. Ну, ещё гореть заживо неприятно. Приятней умереть во время оргазма или от радости, но такие смерти бывают редко. Да и Знатный я теперь, что мне дело до какой-то там смерти? Когда-нибудь костлявая ещё попросит меня расписаться у себя на сиськах! И этого не достичь обычными смертями! Ха-ха!