— Кстати, а где она? — я нахмурился. — Давно про неё не слышал.
— Занимается делами Искоренителей, — сухо ответил Гриша. — Она ещё не знает, что ты будешь с нами, но всё равно помогает. Не может без работы сидеть. Это её призвание.
— Понятно… — я вздохнул, и мы зашли в самолёт.
Самолёт взлетел не сразу. Перед этим наш багаж отнесли в другой отсек. Предупредил, что там есть взрывчатка, и надо мной посмеялись. Как оказалось, она была тут у всех, и о мерах предосторожности все знали. И снова эти неудобные кресла. Стоило мне на него сесть, как моя задница тут же заныла, предвкушая три часа ужасного, изматывающего полёта.
Ничего, придётся тебе потерпеть, бедняжка. Впереди лучшая жизнь, и чтобы её достичь, тебе придётся немного пострадать. Как, собственно говоря, и мне.
— Переживаешь? — я услышал голос Сыча. Повернувшись, увидел, что он смотрит на Рыжего, который из-за чего-то побледнел. Послышался звук закрытия грузового люка самолёта. Рыжий вздрогнул, и вся команда рассмеялась.
— Что с ним?
— Летать боится! — Грише пришлось говорить громе, ведь снаружи заработали двигатели. — До ужаса переживает, что мы разобьёмся!
— Это разве возможно? — я удивился, ведь никогда не слышал, чтобы военные самолёты падали сами по себе.
— Конечно, но редко. Обычно, в отличие от гражданских, армейские самолёты обслуживают чаще, и проблем с ними меньше. Но никто не отменял человеческий фактор.
— Вот ведь успокоил… — произнёс Рыжий и тяжко вздохнул. Самолёт тронулся и быстро начал набирать скорость. Мы уже находились на взлётной полосе, и ему не нужно было выправлять курс. — Сука, сука, сука!
Я рассмеялся.
— Не сцы, лягуха! Болоте наше будет!
Глава 26
Спать никто не собирался в принципе. Я был единственным, кто клевал носом, но так и не смог уснуть. Где-то в середине нашего пути Гриша решил обсудить со мной то, зачем мы отправляемся в Германию. Частично он уже знал, чем будет грозить прорыв рифта в наш мир, но, кто в нём обитает и основную суть, я пока не раскрывал.
— Саша, ты сказал, что если мы не закроем рифт, то всему миру, рано или поздно, придёт конец. Ты не врал? — Гриша бросил в мою сторону пристальный взгляд.
— Зачем стал бы я врать, если это бы не было реальностью? — я облокотился затылком о фюзеляж. — Если хочешь соскочить, уже поздно давать заднюю. Надо было делать это до момента, как мы сели в самолёт.
— Нет, я не собираюсь давать заднюю. Просто странно, что для его закрытия пригласили именно тебя. Не какого-нибудь Архимага, а именно тебя. Не хочешь ничего нам рассказать?
— Например? — я так хотел спать, что говорил уставшим, почти загробным голосом.