Я перевёл взгляд на его нижнюю часть тела, укрытую пледом. Рома это заметил и смутился, поправив плед, закрывая себя по пояс. Мне стало не по себе. Сам того не желая, я его обидел.

— Ладно, не буду больше задерживаться. Поеду и заберу твои лекарства. Ты ведь тут не помрёшь? Могу на обратном пути в бордель заскочить? — я ухмыльнулся. Рома понял мой юмор и кивнул. В этот момент мимо гостиной как раз проходил Егерь и, услышав знакомое слово, заглянул к нам. — Егор, мы выезжаем. Готовь джип и проверь, чтобы все системы работали в норме. Не уверен, что поездка выдастся спокойной. Всегда ведь лучше перебздеть, чем недобздеть, правду говорю?

Егерь кивнул. Я снова посмотрел на Вишневского и легонько хлопнул того по плечу.

— Скоро вернусь, не скучай тут без нас. И не гоняй слишком быстро. Тебе бы колёса поменять, эти покрытие пачкают. На ремонте разоришься.

— Думаю, это меньшая из бед, — он рассмеялся и проводил нас взглядом. — Давайте, жду вас!

Когда мы выходили из поместья Вишневских, мне было как-то не по себе. И не от того, что я снова пообщался с человеком, чья жизнь в один миг сломалась, а от того, что ведь и я когда-то мог быть на его месте. В прошлой жизни я тоже чуть не лишился ног. Точнее, я потерял способность двигаться, но лишь на время. Меня спасло какое-то неимоверное чудо, что до сих пор остаётся для меня загадкой. Представить не могу, был бы я сейчас здесь, если бы тогда не смог снова ходить? Вряд ли Первый бы вселился в моё тело.

— Верно, я бы не смог в него попасть, — он снова появился, как гром среди ясного неба. И вновь у меня плохое предчувствие. Ведь, когда он появляется, всё обычно идёт через одно место. — Знатные не могут попасть в тело обездоленных. Это правило стоит одним из первых. Так что мы можем не переживать насчёт того, что попадём в больное тело.

— Ясно, — я сел в джип и посмотрел на Егеря. — Езжай по этим координатам. Ехать долго, но нужно успеть за полтора часа.

— Будет сделано, командир, — он надавил на газ, и мы поехали на координаты.

Ехать и в самом деле было долго, а потому между мной и Первым состоялся занимательный и интересный диалог. Я настолько редко с ним общаюсь, что уже начал забывать, какого это. И всякий раз мне приходится напрягаться, чтобы общаться с ним мысленно. Это будто говорить на другом языке и без практики, очень быстро забывается.

— И где ты снова пропадал? — я бросил взгляд в окно, наблюдая за проезжающими мимо нас машинами. — Снова рыскал по своим воспоминаниям или пытался разобраться с той цепью?

— И то, и то, — ответил Первый. Говорил он спокойно, точнее, старался говорить спокойно. Но я ощущал, что с ним что-то не так. Он будто хочет мне что-то рассказать. — И вообще-то, кое-что я всё-таки узнал. Насчёт этой цепи. Знаешь, это оказалось очень занимательно, и я удивлён, как Ирату хватило мозгов до этого додуматься. Новости у меня для тебя и плохие, и хорошие. С какой начать?