Три метра.

Ладони взмокли, и стало трудно держать телефон, но Морана пробиралась вперед. Волосы растрепались, ноги перепачкались, футболка почти сползла с плеча. Ей нужно туда добраться, просто добраться. И тогда она рухнет. Заснет и никогда не проснется. Но, господи, она должна справиться. Морана не смела остановиться и обернуться. Возможно, незнакомец нагонял ее, почти дышал ей в затылок или мог спрятаться в темноте. Она не знала, что хуже.

Полтора метра.

Перепрыгивая через две ступеньки за раз, Морана добежала до большой деревянной двери и заколотила в нее, чувствуя, как протестуют кулаки от сильных повторяющихся ударов.

– Данте, – попыталась произнести она, но голос не слушался, а все тело дрожало.

Она оглянулась. На таком удалении от особняка лужайку не освещал ни один фонарь. Морану окружила темнота, а в темноте скрывался убийца. Она даже не представляла, где он.

На глаза навернулись слезы, желудок свело, но Морана продолжала колотить в деревянную дверь, пока не услышала движение с той стороны.

Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появился Данте в одних джинсах и с нацеленным на нее пистолетом в руке.

Морана еще никогда не испытывала такого облегчения при виде другого человека.

Едва заметив шок на его лице, она бросилась к нему и обмякла всем телом, когда он подхватил ее и закрыл дверь.

– Морана, – услышала она его голос, стоя на месте и просто уткнувшись лицом ему в грудь.

Она цеплялась за его плечи, содрогаясь так сильно, что едва могла стоять на ногах.

– Морана, – снова тихо обратился он, и она поняла, что безудержно рыдает под натиском адреналина.

– Эй, эй, расскажи мне, что случилось. Морана, ты ранена?

Она пыталась заговорить, но не смогла произнести ни слова. Вновь вернулось чувство, будто к ее рту прижата подушка: рыдания вырывались из него, но слова застряли где-то в горле.

– Данте, – услышала она чей-то голос, раздавшийся позади него.

– Ция, можешь принести мой телефон? – попросил Данте, обхватил затылок Мораны огромной ладонью и принялся успокаивающе по нему гладить, пока второй рукой пытался направлять ее шаги.

Ноги Мораны онемели, ступни точно приросли к земле. Она не могла сдвинуться с места.

– Я возьму тебя на руки, хорошо, Морана? – медленно произнес Данте, будто говорил с ребенком. – Не волнуйся, теперь ты в безопасности.

Морана почувствовала, как он наклонился и поднял ее. По какой-то причине она не цеплялась за его внушительное тело, хотя боялась отпустить. Звуки, вырывавшиеся из ее груди, наконец донеслись до нее через шум крови в ушах. Данте куда-то двинулся, но дороги она не видела. Морана закрыла глаза в попытке прогнать ощущения, охватившие ее во внезапно повторившемся приступе.