— Ах да, — опомнился сын кесаря. — Я искренне верю в то, что столь высокий темп роста открытия аномалий на территории Римской империи связан с большим количеством Великих Рифтов. И для того, чтобы проверить это, необходимо закрыть такой Рифт, — Люций пронзительно взглянул в мои глаза. — Александр, мне необходима команда из небольшого количества людей, способных совершать выдающиеся поступки в одиночку. Вы — один из таких людей, — я ожидал, что именно сейчас последует предложение, однако Люций резко перевел тему: — Скажите, цвет якорей-сфер в Рифте, что вы закрыли, был черным?

— Верно, — положительно кивнул я.

— Да… Полусферы с такого же цвета свечением принес мой отец своему отцу, после чего занял его место главы государства. Разумеется, общественности о качестве конструктов было решено не сообщать, — решил дать немного подробностей о истории своей семьи Люций. — Я же планирую зайти дальше. Моя цель — закрытие Великого Рифта и возвращение из него. То, чего не удалось сделать вашему прошлому императору.

— За это вы, Люций, получите свой триумф?

— Верно, — хмыкнул сын кесаря, взглянув на меня с бо́льшим уважением. — Закрыв Великий Рифт и став триумфатором, я наконец удостоюсь того, чтобы сменить своего отца и забрать его агномен.

— Агномен? — переспросил я.

— Выражаясь вашим языком, можно назвать это вторым прозвищем. Именно им на бумаге различимы я и мой отец, помимо наших титулов, — пояснял сын кесаря. — Я — Феликс, он — Виктрикс.

— Как бы это не было странным, но ваш агномен мне нравится больше, Люций, — улыбнулся я. — Все же быть счастливым, куда лучше, нежели победоносным.

— Вы занимательный человек, Александр, и в латыни вы разбираетесь лучше, чем в образовании наших имен, — ответно улыбнулся сын кесаря. — Тем не менее я с вами согласен: мне тоже мой агномен нравится больше. Однако… Не всем дано понять, насколько важно быть счастливым, Александр, — с некой толикой грусти заявил Люций, после чего слегка дернулся и как ни в чем не бывало продолжил: — Помимо этого, триумфа, заслуженного за покорение Великого Рифта, будет достаточным для того, чтобы стать Цезарем и Августом в одном лице. То бишь быть полноценным Императором, — заметив в моем лице, что я мало, что понял, Люций слегка рассмеялся: — Вижу, что вам практически незнакомо устройство нашего государства, Александр.

— Вчерашнему простолюдину с головой хватило строя Российской империи, чтобы в нем разобраться, — спокойно ответил я. — Да и жизнь у меня весьма насыщенна, так что времени на то, чтобы корпеть над книгами, у меня практически не было, хотя я это дело чертовски люблю.