— И мы этот вопрос обязательно обсудим, ведь, как я сказал ранее, по окончании отведенного мной месяца никаких войн между Родами Российской империи не должно существовать. Твой Род, Александр, исключением не является, — заявил Романов. — Но для начала объясни мне, что это было за нападение с твоей стороны на графиню Одоевскую? Кстати, где она сейчас?

— Ее Сиятельство, графиня Одоевская, в данный момент времени находится в импровизированном лазарете, устроенном княжеским Родом Донских на территории императорского дворца. Попала она в него вследствие того, что первой напала на меня, за что и поплатилась, — вспоминая душу члена Ордена Безликих, я невольно скривился, чему не удалось ускользнуть от цепкого взгляда русского императора.

— Не могла же она просто взять и напасть на тебя без причины, Александр, верно? — тем временем спокойно полагал Михаил. — Исходя из того, что графиня представлялась тебе сегодня, ранее вы знакомы не были. Поэтому я не могу приложить ума, где и когда вы смогли перейти дороги друг другу.

— Вот и я не могу приложить ума, почему два слуги императорского Рода сегодня напали на ваших сестер, а третий — на мою невесту, — посетовал я.

— Тебе что-то известно? — ухватившись за мои слова как за соломинку, спросил император. — К сожалению, Люций слегка перестарался, и к нашему приходу от напавших на Таню и Катю ничего не осталось, кроме выжженного светом пепла.

— Весьма недальновидно с его стороны, — поджав губы, заключил я.

— Александр, не томи. Выкладывай.

— А какая с этого будет выгода для моего Рода? — спросил я. — Мне в очередной проще самому устранить угрозу, нежели полагаться на кого-то еще. Хочу отметить, что я и моя невеста также являлись целями напавших. Вот только никому до этого дела не было, верно?

— Жизни всех сегодня находились под угрозой, — произнес Романов.

— Вот только нападению со стороны определенной группы лиц подверглись лишь два Рода: мой и ваш, — отметил я, продолжая гнуть свою линию. — Что-то я не заметил, чтобы к Оксане побежала толпа народа. Ах да, я изначально обеспокоился об ее защите, хоть она и не понадобилась, чего нельзя сказать о вас, Ваше Императорское Величество, — серьезно произнес я, после чего сразу добавил: — Буду с вами предельно честен и скажу, что устал играть в альтруиста. Поэтому я повторяю свой вопрос: в чем выгода для Рода Новиковых от того, что я поделюсь с вами информацией?

— Ты ставишь свой Род выше императорского? — вскинув бровь, спросил Романов с явным раздражением в голосе.

— Разумеется, — спокойно ответил я, невзирая на сменившееся настроение императора. — Я не стану бросаться обвинениями по поводу того, что ты сделал, Романов. Это твое решение. Ты поступил так, как посчитал нужным. И я это решение понимаю, но не принимаю. Как может быть иначе, когда стоило мне ненадолго впасть в кому, как мой Род чуть ли по миру не был пущен? М? Так вдобавок ко всему оказалось, что агрессорами являлись оппозиционеры, которых с легкостью можно было «прижать к ногтю», что я, собственно говоря, только что имел возможность лицезреть, — Михаил, поджав губы, мои слова никак комментировать стал, а я все же решил добавить: — И да, я ставлю свой Род выше твоего, Романов, просто потому что кроме меня о нем, как оказалось, позаботиться в данный момент просто некому. Так что забудь о том, чтобы Род Новиковых делал что-то просто так, — чувствуя, как начинает закипать моя кровь, с яростью проговорил я и сразу в сердцах добавил: — И пусть мир горит огнем, но изначально я создам чувство безопасности для своих семьи и людей, и лишь после этого взгляну на общую картину.