— Что ты такое говоришь? — шепотом, едва слышно, спросила девушка.

— Твой брат перешел все границы дозволенного, начав сотрудничать с иномирцами, — решил прояснить ситуацию для Эллис. — К сожалению, у властей в данный момент нет ни времени, ни желания на то, чтобы разбираться с таким недоразумением, как похищение их граждан. Вот я и решил взять на себя такие обязательства.

— Что ты несешь, ублюдок⁈ — впервые по щекам девушки покатились слезы.

Эллис не зарыдала от опасности, угрожающей ее жизни, зато знание того, что ее брат, которого она, безусловно, любит и чтит, оказался нечистым на руку, довело ее до истерического состояния.

Тем временем от ответа меня остановил громкий топот, спешащих к нам гвардейцев Миссурийских с первого этажа, которые решили пойти на выручку сестре своего господина.

— Я разберусь, — коротко сказала Чайя, выйдя на мгновение из Тени рядом с нами.

Спустя мгновение шум от топота сменился выстрелами, которые разносились по всему поместью, а недолго погодя к ним добавились крики, наполненные болью.

— Ты сдашься, чтобы сохранить жизни своих людей и в будущем узнать правду, — поднял я руку с рацией, — или позволишь всем умереть, сражаясь за предателя не просто Российской империи, но и всего мира? — поднял вторую руку, в которой был зажат кинжал, выкованный из лунной стали.

Эллис, слушая крики людей, спешащих ей на помощь, напряженно бегала взглядом между рацией и клинком. В какой-то момент она дернулась руками к кинжалу, чтобы в последний момент передумать и выхватить из моих рук устройство для связи.

— Сдавайтесь! — захлебываясь слезами, прокричала в микрофон девчонка. — Прошу, сдавайтесь… Не надо сегодня умирать…

Отжав кнопку, девушка выронила из своих рук рацию, а затем бессильно рухнула на колени, глядя в одну точку перед собой опустошенным взглядом.

— Правильное решение, — похвалил я ее, подхватывая рацию с пола. — Ты даже не представляешь, насколько…

Шум на коридоре тем временем стих, символизируя то, что бойцы Миссурийских решили последовать указанию Эллис.

* * *

— Саня, етить-колотить, как это понимать⁈ — ревел на меня Зубинин, выйдя из портала. — Что значит все противники решили сдаться? Их здесь больше сотни, а вас — два десятка!

— Зуб, чего ты на меня орешь? Я твой господин, если ты забыл, — с улыбкой до ушей отвечал здоровяку. — Я не всезнающий, так что не мог предсказать того, что нам так повезет. Как говорится, надейся на лучшее, а готовься к худшему.

— Все равно, я считаю, что господину лететь впереди паровоза, неправильно как-то, — менее боевито заключил командир гвардии, осматривая помещение. — А это кто такая? — спросил Антон, заметив сидящую в углу с поникшим видом Эллис. — Я думал всех пленников будут переправлять «туда», — кивком головы мужчина указал на замок в моем Рифте.