Когда по Теневой конечности стали пробегать сероватые змейки молний и в воздухе отчётливо запахло озоном, портной не на шутку разволновался и, заметив, что я не собираюсь останавливаться на достигнутом, заговорил:
— Ваше Сиятельство, оставлю бахвальство, — он поднял руки. — Неограниченные бывают разные, как и их техники. Давайте действовать в рамках разумного.
Я усмехнулся и снизил насыщенность стихий в своей руке, отчего тут же пропали всякие визуальные эффекты. И таким кулаком я поочерёдно ударил по манекенам, что идеально повторяли своими изгибами фигуры моих жён и были облачены в роскошные платья.
Как бы то ни было, но комбинированная стихия остаётся комбинированной стихией, и тот факт, что на платьях, как и манекенах не осталось и следа, говорил о многом. Одним словом, результатом я был доволен.
Тем не менее я всё же постоял некоторое время, пристально вглядываясь в ткани, из которых были выполнены наряды.
— Ваше Сиятельство, вас удовлетворяет качество проделанной работы? — уже совсем другим тоном интересовался мастер, по виску которого стекала крупная бисерина пота.
— Более чем, — открыто улыбнулся я и взмахом руки отправил манекены вместе с нарядами в пространственное хранилище своего Родового кольца.
— Я рад, — склонил голову портной, чтобы в следующее мгновение напрячься: — В таком случае время оплатить заказ. Насколько мне известно, у вас особая договорённость с руководством насчёт этого.
— Верно, — очередным взмахом руки я призвал из кольца обыкновенный сундук, доверху наполненный половинами якорь-сфер разного калибра. — Проверять будете?
— Уверен, что человек, носящий когномен «Фортис», не станет нарушать договорённостей, — в очередной раз склонившись, но уже гораздо глубже, проговорил портной. — Позвольте, я вас проведу.
* * *
— Саня, я, конечно, всё понимаю, но отдавать столько сфер за пару нарядов — перебор, — уже на пути к Римскому дворцу сокрушался Зубинин. — Ты же знаешь женщин! Они один раз наденут обновку, а на следующий день им снова нечего надеть!
— Ох, поверь, дружище, они будут носить эти платья, — не соглашался я, довольно улыбаясь. — Ведь таких нарядов, как эти, больше нет ни у кого в Российской империи, включая мать императора и его сестёр.
— Ну не зна… — осёкся Зуб, мгновенно остановившись.
— Надо же, — я посмотрел на своего друга новым взглядом, — тоже почувствовал.
— Это же…
— Ага, — оскалился я, — мы оказались прямиком в эпицентре зарождающегося иномирного вторжения.
Глава 48 * * *
— Михаил, не кажется ли вам, что, находясь в ожидании Александра Петровича, мы зря теряем время? — поинтересовался статный, но уже немолодой мужчина, сидящий за одним столом с остальными правителями, приглашёнными на совет.