Страшный визг раздался за моей спиной, где забилась прижимающаяся к потолку человекообразная фигура. Сгусток пламени пробежал по падающей крыше, мечась и разбрызгивая ошмётки горящей плоти, затем кусок кровли обвалился, вместе с жертвой. Я двинулся к полыхающему телу, сжимая в руках клинок.
Когда я приблизился, то Колдун уже был мёртв. Его влияние ушло. Тяжесть исчезла, но из-за огромного количества магии, прошедшей через меня, в теле появилась неприятная звенящая слабость. Руки подрагивали.
Но это всё меркло перед ощущением очистившегося мира. Вокруг ревело пламя, я пнул ногой чёрную шкатулку Шепчущего, ощущая осквернённую силу зловещего артефакта. Поморщился и раздавил её каблуком.
Покинув рушащийся ангар, я сбросил с себя пламя и кивнул Дигриазу, вышедшему мне навстречу.
— Ты мог предупредить, — заметил «американец».
— Не мог. Я знал, что ты сгруппируешься.
— И я сгруппировался. Но в следующий раз всё-таки дай знак! — улыбнулся барон. — Подмигни, например. Или станцуй.
Я быстрым шагом двинулся к отряду, уже видя несколько неподвижно лежащих на земле тел.
Глава 19
— Что с ней? — спросил Вепрь, когда я встал рядом с ним. Охотник сидел прямо на земле, у тела дочери. Тень хрипло дышала, и её красивые губы кривились в бессознательной злобе. Девушка пока не пришла в себя, и это хорошо. Шепчущий вряд ли был нежен в своём влиянии, пусть пока мозг сам себя проанализирует.
Следов Скверны в охотнице не было. Замечательно.
Я окинул взглядом остальных. Лис тоже в отключке. У тела Глебова склонился напряжённый биомант, которому сегодня пришлось хорошо поработать:
— Сильное сотрясение, — ответил тот на мой вопросительный взгляд. — Его доблесть совсем не сдерживались.
— Думаю, это личное, — без улыбки ответил я. Так, кажется, обошлось без новых обращённых и без дополнительных потерь. Небо над нами стало ещё светлее. Воздух перестал драть горло и щекотать лёгкие. Изнанка ушла, как и шум в ушах. Что ж. Хороший результат.
— Ваше благородие? — лидер охотников всё ещё ждал моей реакции. — Вы знаете, что с ней?
— Знаю. Везите всех к отцу Игнатию, — сказал я ему. — Процедура такая же, как у хватанувших лишку сталкеров. Не волнуйтесь, господин Вепрь. Худшее уже позади. Когда она очнётся, просто будьте рядом. Ей не стоит оставаться одной ближайшие пару дней. Скверны в ней нет.
Он смотрел на меня с недоверием, но надежды во взоре здоровяка стало больше. Воин бережно взял девушку на руки, поднялся. Лицо его переменилось, снова обрело прежнюю уверенность:
— Сухой, Мак, Шустрый! Давайте коней сюда! Поживее!