Что ж…

— Ты поднял руку на моих людей, — я повернулся к Гриве. — На моей земле. Угрожал людям, проживающим здесь. И это только самая малость твоих грехов, как я погляжу.

— Я осознал! Осознал, ваше благородие! Страшная ошибка, простите, — он кривлялся, изображал из себя раскаявшегося страдальца, но глаза врали. Ну и снимки на телефоне ещё жгли мою память. Ублюдок.

— Не страшная. Непоправимая, — холодно произнёс я и бросил:

— Заканчивай с этим, Волгин. Раз уж начал.

Огневик дрогнул, перевёл на меня изумлённый взгляд.

— Ваше благородие? Что вы имеете в виду?

Я молча двинулся к выходу. За моей спиной Туров кивнул новенькому.

— Мрази! Твари! Горите в аду! Вы и все ваши близкие! Все ваши деревни! Вся ваша дыра! — завопил бандит.

— Три, — сказал я, услышал свист стали за спиной и звук, будто кто-то вонзил топор в сырую колоду. Крик утих.

— Машину налётчиков отвезите к Игорю, — приказал я. — Он знает, что с этим делать. И приберитесь здесь.

— Будет исполнено, ваше благородие, — поклонился Туров. Новичок, вытирая меч, смотрел на меня с изумлением, смешанным с восхищением.

Когда я доехал до своего дома и прошёл за калитку, то мне навстречу прогремело Нямко:

— Ням! Ням! Ня-я-я-ям! — запрыгало оно вокруг меня. В чёрной ручонке было аккуратно зажато… что-то. Ведро держало дар как будто самое омерзительное, но необходимое. Омерзительное от Нямко, кстати, я очень уважаю. Забрав подарок, в виде оранжевого кристалла, я протянул необычному питомцу подхваченный на новых землях камешек.

— Ням… — проскрежетало ведро, бережно положило мой подарок в себя. — Ням. Ням?

— Да, именно так, — устало улыбнулся я и поднялся на крыльцо. Посмотрел в сторону отвоёванных земель. Жаль, не полюбоваться. При свете дня, наверное, и Влодаву видно будет. Да и форт тоже. Ушла пелена Изнанки.

Я прошёл в дом, разделся, забрался в душ и стоял под ним несколько минут, отмокая. После чего дотопал босиком до кровати, рухнул в неё и блаженно выдохнул. Потом завёл будильник. Возвращаться на поле к пирующим уже поздно. Утром нужно ехать в Кобрин, приодеться и сбыть немного кристаллов. Конечно, богатые наряды на заказ мне за это время не оформят, но что-то приличное на званый ужин у Скоробогатовых я наверняка найду. Не в походном же костюме к ним являться.

У аристократов свои порядки и пусть я лишь недавно дворянин, а правила поведения надо перенимать. У них ведь всё очень строго. Дорогие вещи, пыль в глаза, избалованные дети-мажоры и одинокая злобная старость посреди желающих твоей смерти наследников. М-м-м. Мечта!

* * *

— А потом свет божественный с икон полился! — захлёбываясь рассказал крестьянин. Он сидел на лавке с папиросой в зубах, глядя снизу вверх на товарищей. — Монстры все и поразбежались! Бери всех хоть голыми руками! Вон, ты видел — тварь на холм новую привезли? Вот её Зодчий иконами и сжёг! А потом слепил из неё статую! Все те статуи так и появились.