— Пусть так. Мы все порою не те, за кого себя выдаём. Значит, не знаешь? — задумчиво поинтересовался я.

— Прости, — вздохнула Паулина. — Я могу поспрашивать у своих птичек, раз тебе это так важно. У него комната на месяц арендована. Девочки говорили, что там какой-то бардак был, но он ведь творческий человек, как я понимаю. Всё время что-то пишет, пока есть. Так что, спросить?

— Нет, не надо. Сам поищу.

Я подошёл к девушке, нежно коснулся синяка. Паулина пристально смотрела мне в глаза, не пытаясь отстраниться.

— Поднимать руку на твою красоту есть смертельный грех, — заметил я.

— А если бы я попросила? — дёрнула бровью Князева и села так, чтобы показать декольте.

— Боюсь, у меня не настолько продвинутые понятия в отношениях, прости, — улыбнулся я.

Князева деланно вздохнула, мол, какое горькое разочарование, а затем добавила:

— Мне кажется, есть ещё что-то у тебя ко мне, Миша. Говори.

— Обожаю умных женщин, — не стал скрывать я, — но…

— Все вы так говорите, что вам нравятся умные, а не красивые, а потом прячетесь в кусты, — деланно вздохнула Паулина.

— … но я приехал в Томашовку полчаса назад, — продолжил я. — В поезде спал сидя. Потом гнал сюда шесть часов за рулём, запихав в себя сосиску в тесте и литр кофе. Я даже не сходил в душ, сразу к тебе пришёл. Думаешь, это было просто так?

— Миша! Только не говори, что у тебя любовь! — нахмурилась Паулина. — Ты разобьёшь мне сердце!

Я усмехнулся, но ничего не сказал. Но и не пошевелился.

— Выкладывай, — сделала широкий жест девушка.

— Мне нужно порченое золото, — произнёс я. — Много. Всё, что сможешь найти.

Хозяйка трактира посмотрела на меня, как на блаженного.

— Но зачем⁈

— Это дело десятое. Потом, когда расскажу, ты просто ахнешь. Но сейчас найди мне всё, что сумеешь. На всех ваших аукционах, во всех скупках. Сможешь?

— Дело нехитрое, Миша, — Паулина выглядела ошеломлённой. — Раз ты просишь, то сделаю. Но если я начну скупать всё подряд, это вызовет вопросы!

— Значит, сделай так, чтобы их не было.

— О! Спасибо! Ты меня просто спас этим советом, повелитель Очевидности, — она откинулась на спинку, запрокинув руки за голову, отчего тело соблазнительно выгнулось. — Хорошо, Миша-Мишка-Мишенька. Ты купил меня интригой. Сделаю. Но платить будешь ты.

— Разумеется. С деньгами проблем нет.

Правда, сначала надо дойти до Фермы Кристаллов. А ещё лежит несколько даров от Нямко. Всё в дело пущу.

Черномора я вызвал ещё на лестнице трактира. Сбежал по ступеням вниз, и сиреневый смайлик плыл рядом со мной.

— Хозяин, я так рад, что вы ещё живы. Меня воодушевляет каждая лишняя минута вашего существования, — отрапортовал ИскИн. — И пусть её конечность необратима, я учусь ценить каждый миг вашей мимолётной биологической функциональности. Людишки так скоротечны.