Ну хорошо, что все хорошо. Надо будет заскочить к девчонке, занести конфет, если найду.

— Понял. А что за копошение наверху?

Еще вчера я заметил, что люди лазят по крыше дома, осматривают кровлю, демонтируют провода и антенны.

— Семнадцатиэтажку мы не заняли, а если бы и заняли, то не удержали бы. Нам нужно место. Продукты, и казематы мы в подвалах разместим, но есть идея построить теплицу сверху дома. Кстати, тот грузовичок, что ты привез, хорошо подошел бы для вывоза мусора и перевозки стройматериалов.

— Я бы для этого газель использовал, но как знаешь. Ключ в замке зажигания. А я, пожалуй, поем, и по делам.

Я начал замечать, что в последнее время для меня люди все четче делились на жильцов нашего дома и прочих. К жильцам было более приветливое отношение: я даже иногда запоминал их имена и фамилии, перекидывался фразами и кивал соседям при встрече. Похоже, я все больше считаю девятиэтажку своим домом, а живущих в ней жильцов — большой разнокалиберной семьей. Всех, кроме одного.

— Гига, — холодно поприветствовал я попавшегося в коридоре старикашку. Тот вздрогнул и поднял взгляд. — Не желаешь убить страшнейшую тварь в обмен на хорошее самочувствие?

— Если это не ты, я пас! — прошипел Иван и прошел мимо. В любой большой семье есть человек, который не очень нравится. У меня это — Гига, а у Ивана — я.

Я заскочил в квартиру и через окно затянул из грузовичка пуховик и арафатку. Тут же транспортировал с кухни оставленную мне порцию борща и пельменей и с удовольствием все умял. У меня и поваров сложилась договоренность: они ставят блюда на подоконник, а я беру уже оттуда. Надеюсь, никто мне крысиного яда не сыпанет.

Во двор я вышел наевшийся, довольный, и замер, наблюдая за работой. Никогда прежде жильцы не трудились с такой слаженностью: таскали какие-то бревна, сколачивали доски, перемежая труд шуточками и историями. Визгливо звучала бензопила, и пахло свежими опилками: Святослав договорился с дачником, и народ готовил чурки для бани.

В подвале висели на веревках два человека: отравители-слоупоки.

Я выдернул из кузова ковер и расстелил на траве. Народ заинтересованно поглядывал, как я уселся по центру полотна. Ковер оторвался от земли, приподнялся на метр. От стайки подростков, наблюдающих за мной, послышался восторженный визг. Я поднимал ковер все быстрее. В ушах свистело, ускорение вжимало меня в полотно, но я сидел ровно. Спустя минуту шестьдесят второй дом оказался далеко внизу и выглядел игрушечным.

Поднимать себя в воздух за штаны неудобно — странное ощущение, ноги будто сдавливает со всех сторон. На ковре летать удобно: я будто сижу дома, на диване. Конечно, если жизни будет что-то угрожать, я и за трусы себя в воздух подниму, и за носок, вот только если есть возможность летать в комфорте, почему нет?