— Никаких проблем, — улыбнулся Рогин гнилыми зубами, — Никто не узнает.

Мы поговорили еще минут десять. Рогин накидывал бесполезную информацию лопатами: про того же Юдина был готов говорить часами, или обсуждать, как плохо жить с разваливающимся телом, а как только разговор касался тем, которые меня действительно интересуют, будь то поводыри или системное меню мертвецов, замолкал. Если он не договорится со Святославом, придется вытрясти из него информацию. То, что он продукты достаёт, меня не волнует: адреса, откуда он их таскает, я тоже выбью. И поможет мне заставить выдать информацию инстинкт самосохранения Рогина.

— Ладно, я полетел, — вздохнул я.

— Ну давай, — махнул рукой Максим. Пока я набирал высоту, зомби не вставал с места и следил за мной, а потом поводыря окружили фигурки мертвой свиты, и я отвернулся от поводыря.

Лететь напрямую домой я не стал: Рогин меня заинтересовал, я решил глянуть, что творится на Вознесенском кладбище.

С высоты сложно было отыскать знакомые ориентиры: приходилось больше полагаться на системную карту и долго прикидывать, как выглядят улицы, когда по ним едешь на автомобиле. С горем пополам я нашел кладбище, и… ничего не увидел. Территория была засажена соснами, и для того, чтобы увидеть чуть больше, чем кусок хвойного леса, нужно снижаться и смотреть на происходящее.

* * *

Свита Макса Рогина состояла из девяти мертвецов.

Макс иногда ощущал в городе огромные толпы зомби под контролем неизвестных поводырей, но ему казалось неразумным руководить такими толпами.

— Ебанутые.

Толпой сложнее управлять, толпу нужно кормить, и толпу не разовьешь, не раскроешь потенциал каждого подконтрольного. Появится какой-нибудь Нудный и с лёгкостью выкосит всех. То ли дело, когда управляешь девятью мертвецами, и каждого чувствуешь полноценнее, чем себя самого. И можешь каждого продвинуть до максимума. В чем смысл толпы в тысячу зомби седьмого уровня, если можно на том же мясе, которое за неделю потребляет толпа даже не для прокачки, а для существования, можно прокачать девять зомби двадцать седьмого уровня?

Максим оглядел каждого из своих некроголемов. Два Крепыша — огромные мертвецы, вкачанные в живучесть, один Силач — закованный в костяные доспехи рыцарь, и шесть скоростных зомби. Макс знает их с самого начала — с момента, как осознал себя. Он делит мясо поровну между своими воинами, и следит, чтобы никто не убегал по уровням вперёд. Скоростные зомби — это хорошо, но если они нарвутся на какого-нибудь танка, перед которым бесполезна скорость, на первый план выйдет сила. Или живучесть.