— Почему?

— Так кричали, мол открывай, Дорощенко, быстрее, мы до тебя пришли.

— Получается, напавшие вас знали? А вы их знали, раз открыли дверь.

— Голос вроде знакомый был. А чей, не скажу.

— И собаки у соседей не лаяли?

— Точно! Не лаяли, как воды в рот все набрали.

— А на каком языке разговаривали ваши бандиты?

— Как это на каком? На нашем! По-украински размовляли. Ты ерундой не занимайся, ты мне скажи, когда вы найдете грабителей и всё моё добро вернете? Третьи сутки пошли.

— А вот сейчас я вам подробно всё расскажу. Осмотр места происшествия показал, что взлома не было. Так?

— Ну так, я ж открыл им сам.

— Дальше. Следов борьбы не было, синяков на теле тоже нет.

— А шишка на лбу⁈

— Да. Одна шишка на лбу. И в подвал ты спустился сам, не скинули тебя связанного избитого. Так?

— Не так! Вон у меня шишка на лбу!

— Шишку такую можно заработать, ежели в темноте об косяк спьяну налетишь.

— Дык я не пью! Любого спроси!

— И тридцать литров вина у тебя было не для собственной нужды, а на продажу?

— На прода… то есть себе. Не могу же я всегда не пить.

— Значит, всё-таки выпиваешь. Ага. Продолжаем: следов обыска в доме не было, то есть или ты сам отдал деньги грабителям, или они про них знали, или тех денег и не было вовсе. Машина застрахована⁈

— А? Да.

— Что «да»? По всем пунктам «да»? Кстати, от угона тоже застраховал?

— Да. От пожара, от угона, от затопления. — Дорощенко начал понимать, к чему гнул следователь, и ему стало очень грустно.

— Думаешь, ты умный самый? Машину отогнал и продал во Львове, а потом вернулся и сфальсифицировал ограбление! Ты бы знал, дед, сколько мы таких умников на чистую воду вывели. Давно уже научились вас куркулей вычислять. Говори, сам отгонял или зять помог? — Милиционер смотрел на потерпевшего с таким видом, словно уже прикинул, сколько лет светит бывшему потерпевшему, переквалифицировавшемуся в самые настоящие подследственные.

— Я не, я ничего. Всё понятно. Можно, я заявление заберу? — Дорощенко осознал, что или так, или ему придется отдать гораздо больше за то, что он не попадет на скамью подсудимых.

— И смотри, последний раз такой фортель тебе с рук сходит! Мы за тобой будем наблюдать.

В части тоже хватились Богданова, и тоже через двое суток. Командир роты заметил, что чего-то не хватает в природе и провел перекличку личного состава. Потом опросил сослуживцев, выясняя, когда они последний раз видели рядового Богданова и при каких обстоятельствах, а после передал всю информацию в особый отдел. В комендатуру ни от него, ни от особистов информация не ушла. Кто-то, кто был обязан принимать решения, принял самое правильное, на свой взгляд. Сбежал сучок, вот и пусть ползает на брюхе дальше. А сделает себе новые документы, тем лучше. Главное, не привлекать внимание к дивизии всякими мероприятиями. Не дай бог, всплывёт то, что не должно. Тогда никто не обрадуется. А по нынешним делам, могут и самого особиста потерять. Чисто для профилактики, на всякий случай.