меньше получаса потратили на то, чтобы уговорить его сдвинуться с места. Он фыркал, ревел, топтался, но под сень деревьев входить отказывался. Нечто в этом лесу пугало его настолько, что проще было пойти на открытый бунт против людей, которые его кормили. И только волшебство Пятнашки, умевшей ладить с животными, помогло нам не потерять телегу и тягловое животное прямо здесь. На ночёвку остановились почти на опушке, не побоявшись разжечь костёр и приготовить еду. Мне показалось, что так мои спутники пытаются сбросить страх перед Дикими Землями, доказывая себе и друг другу свою храбрость. Пламя весело плясало, пожирая дрова и разгоняя мрак — и лес вокруг казался уже не таким страшным и чуждым. Но стоило нам утром затушить костёр, как ночные страхи вернулись с утроенной силой. Каждый шаг в этом лесу давался с трудом, будто невидимая сила требовала от нас развернуться и уходить. Мы шли и шли сквозь коридор с зелёными стенами, поминутно озираясь и прислушиваясь. Но лес, казалось, был полностью пуст. И тем неожиданней и громче прозвучали крики и грохот где-то впереди, в стороне от тропы. Не сговариваясь, мы кинулись на голоса. Пятнашка и Лента сзади погоняли каваля, а я Пузо, Нож, Молчок, Зенка и Ри-эна вырвались вперёд. Спустя несколько сотен шагов мы наконец увидели, что происходит. Между стволов мелькали серые туши странных тварей, покрытых жёсткой серой щетиной и быстро перебиравших суставчатыми лапами-ногами. Это были то ли гигантские пауки, то ли просто очень необычные звери. Всего три особи, которые натолкнулись на очень опасного противника — Скаса. Седоусый лори с весёлым гиканьем пытался подрубить лапу одной из них, в то время как эра Зана прикрывала ему спину от двух оставшихся. Но было видно, что и Скас, и Зана устали, а твари всё ещё были полны сил. Наше неожиданное появление изменило расклад боя. Три мудрых плетения, два меча и топор, обрушившиеся сзади на одно из чудищ, пытавшихся добраться до эры, были достаточным поводом переключить внимание на нас. Причем, всем трём тварям сразу. Чем и воспользовался Скас, подрубив своему противнику пару лап. Покалеченная тварь обиженно заверещала — и это будто скинуло оцепенение со всех участников схватки. Неравный бой вспыхнул с новой силой и ожесточением. Каждая тварь имела десять лап, оканчивающихся тремя длинными и острыми когтями — и интуиция подсказывала, что попадать под удар этих когтей не стоит. Даже натолкнувшись на мудрый щит, когти могли дотянуться до цели и нанести серьёзную рану. Так и произошло