утверждая, что происходящему не надо противиться. В сломанном мире вообще появился целый культ мудрости. Даже я добавил при жизни дров в этот костёр… Если тебе посылают испытание, то не для того, чтобы ты его принимал. Но отчаявшиеся не слышат доводов разума. Так или иначе, страдания и вера привлекли внимание таких сущностей, о которых не стоит лишний раз даже думать. И они пришли — и даже пытались вмешиваться в происходящее. Так и появились заблудшие души, ищущие пристанища… Ты одну такую видел в библиотеке сангари. — Так что же с разумом у мудрости? Он был? Или нет? — Разума в том смысле, в котором ты его понимаешь, до Гарана у мудрости не было. Но был ложный разум, — пояснил старик. — Смесь желаний и стремлений миллионов живых существ, смешанных в едином котле. Там же варились души, попавшие в плен мудрости, но лишённые памяти тела и знаний вечности. Единицы, как Брагот и три брата, сумели сохранить старую личность. Остальные растворялись без остатка, полностью теряя себя. Лишённые воли, подчиняющиеся общему желанию всех образов… Я не считаю их носителями разума… и не советую тебе! Хотя не буду отрицать: говорить, соблазнять и сбивать с пути, туманить разум — это они умели. Мы снова замолчали. Я пытался уместить в голове картину, которую пытался до меня донести первый мудрец. Солнце клонилось к горизонту и не оставляло мне времени на долгие размышления. Но всё сказанное надо было уместить в голове, разложить, осмыслить и запомнить. Радовало лишь, что всё закончилось и что теперь я просто буду жить. — Надеюсь, в этом мире у меня нет предназначения, — уточнил я. — Как это нет? А человечество восстановить? — удивился Аон-аари. — Тебе предстоит взять свою Пятнашку в жёны и сделать с ней много детей… Тем более, вам тут помогут, чтобы вы сразу не выродились от близкородственных связей. Все вы, первые, будете не близких родственников делать. Но вы уж постарайтесь их наделать побольше… — Ладно, вроде звучит несложно… — Расскажешь это после двадцатого! — старик засмеялся, слез с камня и подошёл к прибою. — Мало времени у тебя, Шрам… Он указал на заходящее солнце. — Что ты ещё хочешь узнать? — Я, между прочим, поздно проснулся… — насупился я. — Так это чья беда-то? Кавали уже несколько часов траву лопали, а ты всё спал. — А что сейчас в том мире? — спросил я. — Об этом мой помощник расскажет. Он мне как раз помогает поднимать тот мир. — Точно не останешься? — расстроился я. — Ведь ты и из этого мира тоже… — Нет, Шрам. Этот мир теперь молод, полон сил и свежей жизни…