— Д-д-да.
— Я как увидела тебя там, в коридоре, так сразу захотела. Подумала: с ним будет не разврат — подарок девственнику, — она хихикнула. — Ошиблась. Ты как? Готов продолжить?
— В-в-всегда г-г-готов, — ответил Кир. Он приподнялся и развел ей ноги в стороны…
В последующие два часа происходило то, о чем друг Кира некогда ему сказал: «Меня моим же членом и имели». Актриса оказалась ненасытной — хотела вновь и вновь, но в этом их желания совпали. Кир быстро понял, что ей нужно. Он был с ней груб, актрисе это нравилась. Она шептала: «Негодяй! Сатир! Скотина!», но охотно принимала озвученную позу и страстно двигалась ему навстречу — подмахивала, как говорили здесь. Не отказалась от минета, заметив, что привыкла это делать мужу, поскольку ничего другого с супругом не получится. Кир сомневался, что это было только с мужем, но сомнения оставил при себе. В конце концов она взмолилась:
— Хватит! Да ты меня совсем затрахал, жеребец! Сейчас же одевайся и иди домой.
Кир подчинился. На прощание она ему сказала:
— О том, что здесь случилось, чтоб забыл. Не вздумай хвастаться друзьям, а то я знаю мужиков. Узнаю — сильно пожалеешь. С работы выгонят, и в Минске не устроишься. Меня чтоб не искал. Не вздумай приходить сюда. Понятно?
— Д-д-да.
— Спасибо, Костик! — она вздохнула и поцеловала его в лоб. — За все: за зубы и за ласку. Ты замечательный мужчина! Кому-то повезет…
На улице Кир мгновенно застегнул пиджак — прохладно. Что сделаешь — лето кончилось, началась осень, но хорошо, что не идут дожди. Он дошагал до улицы Свердлова, где сел в почти пустой троллейбус с номером «16». Дорогой думал о случившемся. Его нисколько не смущало, что занимался сексом с женщиной, которая его в два раза старше, возможно, что и больше. Это для тела донора она такая, но для Кира — в самый раз, считай, молоденькая. Он усмехнулся. В прежней жизни он имел дела с такими дамочками. Удачно выйдя замуж за богатеньких, устроив жизнь, они со временем сталкивались с жестким недотрахом. Мужья-то были много старше и удовлетворить жен не могли. Тогда помощь приходили молодые офицеры, Кир в том числе. Их точно так кормили перед случкой, а после отводили в спальню, где требовали трахать грубо, не жалея. Неверным женам почему-то нравилось вот так, наверно, нежности хватало дома. Их просьбы выполняли, поскольку сами офицеры к таким партнершам относились с трудом скрываемым презрением и воспринимали их как шлюх. Богатых в армии не любили, поскольку в ней служили представители низов Республики…
Троллейбус шел по Партизанскому проспекту, в домах горели окна, и Кир подумал, что, в СССР совсем не так. Здесь армию ценили и любили. Молоденький офицер, едва окончивший училище, получает больше, чем хороший врач, ну, исключая ортопедов-стоматологов. После 25 лет службы офицер получит пенсию, сравнимую с зарплатой у врачей. При этом отставникам не запрещается работать, чем они охотно пользуются. К ним в поликлинику являлся специалист по так называемой гражданской обороне из бывших офицеров и читал им лекцию, как следует себя вести при нападении противника. Хорошая работа…