Ладно. Разберемся потом, а пока — нужно уходить отсюда. Судя по таймеру, провалялся я больше двух часов, необходимо вернуться в лагерь до захода местного Древа. Я не был уверен, что в темноте найду путь.

Голограмма полубогини больше не побеспокоила, видимо, она атаковала только тех, кто пересекал невидимое охранное кольцо извне. А вот новое зрение преподнесло сюрприз — одна из кучек сгоревших костей тоже засветилась голубым, причем в двух местах. Новые руны — одна жемчужно-звездная, с обозначением чего-то вроде капли, окруженной светящимся ореолом, а вторая серебристая, выделяющая некий странный предмет.

Стоило поднести руку, первая исчезла, на мгновение вспыхнув тем же потусторонним светом, что и сверкающая капля на черепе скелета. А вторая — нет, она обращала мое внимание на необычную штуку в локтевой кости павшего. Сам бы я ее не заметил, но теперь видел отчетливо — нечто вроде треугольной серебряной инкрустации прямо в костной ткани. Эта штука походила на выемку в черепе черного скелета, только там все было больше и затейливей и выполнено из золота. Если, конечно, эти белый и желтый металлы вообще имеют отношение к земным серебру и золоту…

Помня о произошедшем, я действовал осторожно, однако странная штука отошла на удивление легко. На ладони у меня лежал толстый серебряный гвоздь с треугольной шляпкой-выемкой. Очень искусная работа, я не представлял, как можно загнать такую штуку в руку, не изувечив человека. «Гвоздь» тоже был окружен кучей голографических пиктограмм, на прикосновения не реагировал и, видимо, выполнял роль имплантата для погибшего. Эта цивилизация была отнюдь не примитивной — судя по тому, что я наблюдал, скорее наоборот — она обошла нас в развитии на несколько столетий. Или вообще пошла другим путем… большинство из того, что творилось в видении, люди вряд ли смогли бы повторить.

Черт, как же разболелась голова! Еще раз окинув взглядом каверну, склеп-зиккурат и не найдя больше ничего интересного, я пошел вверх — к пятнышку света в конце тоннеля. Больше не было сомнений, что его пробили эти люди, решившие вскрыть гробницу, но не преуспевшие в этом. Я оказался удачливее… если это можно назвать удачей, конечно.

Пришлось задержаться у трупа ночного волка. Он тоже выделился контуром, на этот раз — древесно-зеленым. Вся эта цветовая градация явно что-то означала. Над окровавленным телом горели аж три глифа — уже знакомая звездно-жемчужная «капля», простенький светло-серый, состоящий из трех закорючек, а также травянисто-зеленый, чуть посложнее формой. Все знаки исчезли, стоило поднести руку, вновь высветился на мгновение прямоугольный свиток — и рядом с первой руной, изображающей цепи, отпечатались две новые! Я попытался коснуться их, но «свиток» опять мигнул и исчез, не позволив ничего сделать.