— Понимаю тебя. Это безумие создали монахи, они знают о наших страданиях. Им нравится наблюдать. Ты не должен возвращаться назад. Не должен отдавать себя на съедение. Это не путь Инь и это не путь Ци. Останься здесь со мной в этой пещере. Останься самим собой…

Пощупав свою мокрую одежду, я взглянул в сторону выхода.

— А знаешь, ты прав. Нахрен этих монахов. Если вся эта чушь с Ци и правда существует и от нее я слышал свое так называемое «настоящее имя», то я сяду прямо тут и не встану с места, пока она не заговорит со мной и не откроет свой «Истинный Путь».

* * *

Планета Улана. Система Челум. Звёздная дата: 237:03:34053. Время: 16:25. Звёздная дата: 237:03:34053. Время: 16:25.

Сидя в пещере посреди костей и мусора с закрытыми глазами, я погружался внутрь себя всё глубже и глубже, пытаясь понять истинные намеренья Ци, путь Инь и свою судьбу. Не знаю, сколько времени уже прошло, но казалось, будто целая вечность… Тьма окружала всё гуще, окутывая сознание, и вот где-то там вдалеке я что-то почувствовал. Что-то похожее на свет… Жёлтый, как в тот раз, когда со мной говорил голос. Я мысленно полетел к нему всем телом, если в этом мире оно у меня вообще есть… Свет неуловимо ускользал и, казалось, не приближался ни на метр, но всё же я ощущал его тепло всё сильнее, а когда свет объял мое тело с ног до головы и я был готов принять его мудрость, я услышал его голос… Но звучал он почему-то как урчание моего желудка… Стоп, да это же оно и есть…

Открыв глаза, я потянулся к своему планшету и, взглянув на время, осознал, что с момента моего разговора с голограммой послушника прошла всего минута. Не, так дело не пойдет. Видать, тот костлявый тип оказался настроен посерьезнее меня, раз решил помереть от голода в этой пещере. Да и с чего я решил, что он помер от голода, возможно, его убила какая-то рана или инфекция. Кто знает… Оглядевшись вокруг, снова заметил пустые глазницы его черепушки… Бррр… Жуть…

Поднимаясь с земли, я молча повернул к выходу.

— Стой! Куда ты?

— Да что-то мне тут скучно стало. Да и есть хочется. Пойду, пожалуй, пока не похудел, как этот, — рука махнула на кости.

— Нет! Ты станешь рабом монахов! Они снова запрягут тебя, как скот, и будут мучить! Там ты будешь страдать, а здесь со мной ты останешься человеком! Ты сохранишь свой разум и себя! И станешь таким, как я!

— Каким это? Ты же просто голограмма. Единственное, чем я могу тут стать, это таким же скелетом, как и тот тип в углу.

Я сделал еще несколько шагов.

— Ну и вали! Слабак! Кукла, червь! Ты так и будешь рабом монахов всю свою жизнь! А я останусь тут, останусь свободен!