— Алекс, там был только нажравшийся в хлам десантник, — произнесла Грея, заходя в комнату без невидимости. Едва она увидела девочек, у неё в глазах появилась ярость. — Чего стоишь?! Давай бери её и неси во флаер! — крикнула на меня она, указывая на Олу. — А ты можешь идти сама? — это Грея спросила у Улы.

— Сейчас проверю, — ответила та, вставая с кровати, на краю которой сидела до сих пор. Сразу после этого у неё из влагалища начала вытекать кровь вперемешку со спермой ублюдка, который насиловал её. — Нет, бл**ь, не могу. Ноги не держат, — ругнулась она, не обращая внимания на всё это. Очень сильная девочка, очень.

— Флаер возле входа, — произнесла Грея. — Подключи её к аптечке и возвращайся.

— А ты главная над ним? — спросила внезапно Улла, посмотрев на Грею. — И каково это повелевать мужиками?

— Да, я главная на этой операции, — ответила Грея. — А теперь тебе пора поспать, — произнесла она и выстрелила в неё снотворным. Подхватив девчонку, следом за мной отнесла её во флаер и подключила к ней также аптечку.

Двоих дегенератов, которые насиловали девочек, мы доставили, предварительно связав их и надев специальные ошейники, которые блокируют работу нейросети.

То, что по пути к флаеру эти уроды пересчитали своими головами все углы и ступеньки, было чистой случайностью. После загрузки во флаер мы получили приказ от Лори следовать напрямую в центр подготовки.

Во время полёта и я, и Грея молчали. Нет, мы прекрасно понимали, что делают с женщинами в плену. Но столкнуться самим с этим — мало приятного, тем более, когда изнасиловали детей, по сути. Но Ула меня удивила. Несмотря на предательство матери и насилие, она не сломалась. Казалось, наоборот, стала только крепче внутри себя. Если не сломается, то сможет достичь многого.

— Осторожно перенеси их на каталку, — произнёс уже знакомый мне медтехник, едва мы приземлились в гараже центра подготовки. Он, предупреждённый заранее, стоял возле нашего места с двумя медицинскими каталками, зависшими на высоте метра двадцати от пола. — Я получил данные с сенсоров ваших скафандров. У них довольно серьёзные повреждения внутренних органов, но ничего непоправимого. Вот, что у них с психическим состоянием, это не ко мне.

— Спасибо, — ответил я, перегружая вначале Олу, а потом и Улу на каталки. — Сколько займёт лечение?

— Думаю, к утру они будут в полном порядке, — сказал медтехник. — Рекомендую при пробуждении быть вам как их спасителям вместе с психологом.

— Постараемся, — произнёс я. — Если не будет срочных дел, обязательно будем.

— Алекс, давай уже бери своего. — Грея выпрыгнула из флаера вместе с одним негром на плече. — Отец ждёт в допросной.