— Сейчас, — заскочив во флаер, взвалил на плечо второго ублюдка.

Уже после полуночи мы получили результаты допроса. Оказалось, никто не приказывал устраивать ловушку. Всё было инициативой группы наемников, которые смогли избежать арестов и хорошенько спрятались. Вот они и захотели сделать нечто такое, за что прибывшие на смену их коллеги будут благодарны. Так что устранение одного из лидеров ордена было хорошей целью, по их мнению, особенно если это было сделать относительно легко, так как Лори лично участвует в операциях, так как такой уровень подготовки, как у него, был всего у нескольких человек из старого состава ордена.

Кстати, мать Олы и Улы действительно откупилась своими дочерьми. Она слила всю известную информацию о своём муже, поэтому его так легко похитили. Когда хотели её изнасиловать для того, чтобы сломать, она предложила своих дочерей и обещание финансово помогать до того, как не прибудет к ним подмога.

Где именно сейчас она находится, десантники не знали. Но знали, где находится ещё десятка два убежищ, в которых они прятались. Сразу же с баз ордена отправились к этим убежищам команды.

Меня и Грею к тому времени отправили спать. Я как обычно отправился в медицинский отсек и, прежде чем лечь спать и учиться в медицинскую капсулу, проверил близняшек. Я не особо разбираюсь в медицинских капсулах, но основные показатели понять могу. Сейчас наноботы устраняли внутренние кровотечения. Оказалось, что они подверглись избиению перед тем, как быть изнасилованными.

Я передал пожелание Улы о том, что она хочет лично убить насильника. Но штатный психолог высказался против. По его словам, если она его убьёт лично, то в дальнейшем это оставит сильный след на её психике. Я тоже считал, что не стоит позволять детям заниматься убийствами, но конкретно в этом случае даже и не знал, как правильно будет. Насильник заслуживает того, чтобы сдохнуть от рук девочки. Всё равно я этого не решаю, так что, выкинув лишние мысли из головы, погрузился в сон, параллельно изучая базы знаний.

Очнулся несколько раньше времени, так как меня разбудили снаружи. Едва гель ушёл из капсулы, я открыл крышку и увидел Грею и ещё одного человека, в котором узнал психолога, которого раньше не видел своими глазами. Грея ничего не сказала, только кивнула на капсулы с девочками.

Пробуждение девочек было неспокойным. Они обе подскочили в своих капсулах, едва перестали на них действовать лекарства. Ола сразу замерла в ступоре, а вот Ула начала осматривать нас и сразу расслабилась, опознав моё лицо и лицо Греи, которые она видела через забрало шлема. Следующее, что она сделала, — это ощупала себя и, убедившись, что следов травм нет, повернулась к своей сестре, которая до сих пор в ступоре смотрела на нас. Явно было что-то не так с её мыслительным процессом.