— Веня, потащили, — обратился я к еврею, после чего мы подхватили Ростика.

— Бросьте этот полутруп здесь, — холодно бросил Лори. — Он будет тормозить вас.

— Далеко до точки эвакуации? — спросил я у него.

— Нет, около одного лакта от модуля (прим. автора: лакт — принятая в местном обществе мера длины, примерно равная семи сотням метров).

— Тогда постараемся не отставать.

— Ваше право. — Мне показалось или в голосе Лори я услышал капельку уважения? — Не отставать. Если отстанете — ждать не буду.

— Мы не отстанем, — уверенно заявил я, чувствуя, как боль начинает постепенно возвращаться. Это могло означать одно — стимуляторы начинали выводиться из организма.

— Побежали! — бросил Лори и рванул с места на скорости под тридцать километров в час. Мы сразу оказались позади, но вскоре догнали его. Это было место боя, в котором Лори только что уничтожил полтора десятка защитников.

До того, как мы смогли покинуть жилой модуль, Лори уничтожил ещё две группы защитников, причём так, что никто даже выстрелить не смог ни разу. Уже снаружи мы спокойно побежали к точке эвакуации. Как оказалось, Лори уже раньше смог уничтожить противометеоритную турель, а потому нам опасаться было нечего.

Подбежав, я увидел корабль странной формы: у него не было ни одной ровной линии. Сам он длиной всего метров семь. Мы втроём едва смогли втиснуться в него. Помимо нас в салоне сидел пилот с нашего десантного бота, а на месте пилота неизвестный мне человек.

— Думаю, вы хотите знать, что только что было? — после взлёта спросил Лори. Что-то у него очень хорошее настроение.

— Хотелось бы знать ради чего наши друзья сдохли, — произнёс я.

— А всё из-за вот этого, — ответил Лори, достав из контейнера на бедре какой-то кристалл, запаянный в толстый слой прозрачного пластика.

— Вы нам, конечно, не скажете, что это?

— Почему же? — рассмеялся Лори. — Вы выжили, а значит, и в дальнейшем будете на нас работать. Лучше, чтобы вы знали, чем мы занимаемся. Вот на этом кристалле информация по полной технологической цепочке создания тяжёлого крейсера прорыва десятого поколения. Этот шахтёрский посёлок решили использовать в этот раз для продажи кристалла. Именно поэтому на, казалось бы, простом шахтёрском поселении стояла усиленная задача. Клиент, покупающий кристалл, должен был прибыть лишь завтра, и теперь наш заказчик продаст ему его за две, а то и три изначальных цены, — довольно усмехнулся Лори.

— Для нас это что-то значит? — спросил я у него.

— Ещё две-три таких операции, и вы войдёте в полноценный состав нашей команды. А пока у вас есть по десять тысяч кредитов. Можете делать с ними, что угодно, — произнёс Лори. Он явно знал, что, несмотря на наше рабское положение, нам надо создать видимость возможности освобождения. И про пряник не забыл. Вот только я продавать себя за это не буду. Нет, конечно, воспользуюсь деньгами для своей пользы, но доверять и становиться таким, как они, не собираюсь. Он сегодня убил несколько десятков человек, и при этом никакого сожаления у него нет.