— Ни нас, ни Келя на базе до сих пор не засекли, — напряженно отозвалась киборг. Благодаря слиянию с Наей, она видела тоже, что и я с Аней. И это был еще один момент, с которым змееголовая нас сейчас очень выручала. Используя сопряжение нервной системы с компьютером, она могла, с некоторыми сложностями, перенести в виртуальную среду детали происходящего вокруг, и на обшивке орбитальной станции, в которой располагалась лаборатория. Инструментальными способами мы не смогли бы и десятой части этой информации собрать.

Создатели проекта не забыли оснастить нашу стелс-птичку отличными оптическим и радиотелескопами. Для своих очень компактных размеров отличными, увы: с огромным параболическим зеркалом на «Заре» и близко не сравнить. Физику не обманешь: чем меньше отраженных от целевого объекта попадает в окуляр, тем хуже видно. Наша скорлупка размера уступала даже жилому отсеку памятного мне «Кузнечика» — кстати, интересно, как там кэп и остальные, интересно? Скорее, наш корабль только по названию корабль, а по-честному шаттл с гипердвигателем. Понятно почему: чем меньше звезд мы перекрываем своим черным радиопоглощающим корпусом, проходя между источником света и объектом разведки, тем меньше шанс, что нас заметят. И за это пришлось заплатить не только комфортом, но и разрешающей способностью приборов.

Эту слабость оптики и пассивных радиосистем предполагалось компенсировать длительностью наблюдения. Часы, дни, может, недели, пока компьютер не сможет составить более-менее достоверную модель цели и по этим данным «дорисовать» изображения и понять происходящую активность. Хорошо, что у нас нашелся альтернативным способ разведки.

— Надо исходить из худшего: накопитель «селя» заряжен, — мрачно констатировала Дея.

— И он тут не один, — в тон отозвалась Зеленая.

«Разговаривали» мы молча, полностью перейдя на передачу мыслей и эмоций по мосту между разумами. Меня уже утомило удивляться опять возросшему радиусу связи: сейчас наш кораблик дрейфовал в пятнадцати тысячах километров от станции, и я уверенно дотягивался до Змея. А это больше диаметра землеподобной планеты, так то. У самой Земли радиус примерно тринадцать тысяч, если я все правильно помню.

— Нет, не бьется, — вдруг возразила Мику. — Я перенесла внешние параметры станции в программу структурного моделирования. Подходящий под описание размеров спецтранспорта для накопителя витальный энергии внутренний объем, снабженный подходящего размера шлюзовыми воротами только один. Вот он. Кроме всего прочего выглядит как позднейшая доработка уже готового объекта.