— Почему⁈ Не могу вот этого понять. Ну, ок, началась ваша игра. Черные ходят, белые молчат. Хотите сказать, дед что-то испортил? Нарушил?
— Ваня! Я хочу сказать, иди отдыхай. Не последний раз видимся. Уж поверь. Завтра встретимся в отделе, ещё поговорим. Ты — человек. И без того день был сложный. Неплохо держишься даже. Лучше, чем я, например, ожидал.
— Ладно… Последний вопрос на сегодня. Вы кто? Про Белиала говорите охотно, о себе — ничего. Он — князь, эрцегорцог и вся такая хреновина. А Вы?
— А я, Иван, Наталья Никаноровна Сидорова. Так оно лучше. Поверь.
С этими словами бабуля что есть выпихнула меня из квартиры, сообщив предварительно адрес, по которому идти. Мне, правда, это ни о чем не говорило. В итоге, перед выходом я получил вердикт «вот ты кретин» и Лизу. Ее Наталья Никаноровна разбудила одним щелчком пальцев. Девчонка подняла голову, осмотрелась, а потом вскочила на ноги, уставившись на нас с подозрением.
— Усыпила меня? — Вопрос предназначался бабуле.
— Да ты что. На родную бабушку наговаривать. Сама задремала. Уморилась, видать. — За столом снова сидела маленькая старушка с дурацкой вуалькой. Я в который раз поймал себя на мысли, что общаясь без свидетелей, она выглядит вроде также, но одновременно — иначе. Сложно объяснить.
Наталья Никаноровна велела девчонке проводить меня до дома. Я сначала взбрыкнул, ещё женщины меня по ночным улицам не выгуливали. Обратно одну не смогу ее отпустить. Так и будем друг друга провожать до утра. Бабуля одновременно с Лизой хмыкнули многозначно.
— Хотела бы я посмотреть на того дурака, который решит Лизке вред причинить. Нормально она дойдет. Не переживай.
Пришлось подчиниться. Тем более, дом и правда находился рядом. Вот только в отличие от квартиры, где обосновались Никаноровна и блондиночка, моя оказалась коммуналкой. Самой настоящей. Пока по коридору двигался к своей комнате, вроде бы пятой, заметил, из-за одной двери показался любопытный соседский глаз.
Ночью шляться в поисках ванной не стал. А то ещё вломлюсь к кому-нибудь постороннему. Рухнул в постель и с удивлением понял, бабуля права. Устал безумно. Последняя мысль, мелькнувшая перед тем, как вырубился: «Что особенного в Иваныче, раз от простого Советского восемнадцатилетнего пацана зависит так много?»
Глава 10
Проснулся с мыслью, вот сейчас открою глаза, посмотрю вокруг, и нет ничего: ни довоенной Москвы, ни чекистов с их НКВД, ни демона, сидящего в Наталье Никаноровне. Ничего нет. Все это мне померещилось. А лежу я, на самом деле, в своей родной постели. Хотя, умом уже понимал, та история, в которую меня занесло — реальна. Но очень хотелось оказаться дома.