Я еще раз кивнул п вышел с черного хода. Закинул сумки в машину и сел за руль.

Как только я выехал за ворота и отъехал подальше, я притормозил и нажал на перстень. Хлоп! И рядом на сиденье возникла ламия, как всегда жующая.

— Сколько можно жрать? — спросил я. — Ты скоро в пентаграмму не влезешь!

— Нарисуешь побольше, — хмыкнула она. — И вообще, хорошо выдержанные призраки не полнят!

— С душком любишь? — поддел я ее.

Ужасная привычка рыбоедов, любящих рыбу «с душком». Это когда она уже начала портиться, но для некоторых извращенцев это прям самое оно. Блюэ…

— Нет, — нисколько не обиделась она и передала мне бумажку с адресом объекта.

— Ну что, узнала, когда начинаем?

— Прямо сейчас, — проглотила она то, что было у нее во рту и облизнула клыки раздвоенным язычком.

— Что, сейчас??? — удивился я.

Оперативненько. Куй железо, не отходя от кассы.

— Ну ты же сам на этом настаивал. Что это гнездо надо брать днем!

— Да, — кивнул я. — Было дело.

Днем вампиры, да и прочие твари работать не любят, для них это время отдыха. К тому же, ультрафиолет здорово портит им метаболизм, вплоть до появления хорошей прожарки. Поэтому насосавшись, они залегают в спячку, это у них сиеста такая, типа того. Кроме, разумеется, тех, кто вынужден стоять на стреме и сторожить такой особо ценный груз.

— Что еще я должен знать, о чем вы там договорились?

— Да вроде как все, — дернула плечом она. — Ты заходишь, изводишь кровососов, затем стираешь пентаграммы и вызываешь команду эвакуации.

— Команду эвакуации? — переспросил я. — В плане об этом не было.

— Было — не было, но здоровенный гроб, упакованный в ящик, ты не своем горбу потащишь? Я что-то сомневаюсь. Не только геморрой заработаешь. Поэтому клиенты об этом позаботились.

— Клиенты???

— А как их иначе еще назвать. Поехали!

— А сама метнуться кабанчиком не хочешь? — предложил я.

— Да вот еще, — хмыкнула она. — С какой стати? Если там действительно зубастики, то могут заметить. Место-то не знакомое.

— Вот именно, — буркнул я. — Поехали.

Я повел машину к месту назначения, но чуйка не давала мне покоя. Все ныла, как больной зуб. И все больше и больше.

Оставив машину за пару кварталов мы с клыкастой высадились на абсолютно пустой улице. И это было довольно странно — никого, от слова «совсем».

— Что-то народу маловато, — сказал я, поправляя шлем.

— Да, в самом деле, — с тревогой согласилась она, вертя головой по сторонам.

— Твои не кинут?

— Откуда я знаю? — почти возмутилась она. — И я уже тебе столько раз объясняла, что они такие же мои, как и твои…

— Только по происхождению и расе, да, да, помню… — протянул я. — Пойдем, осмотримся!