Да и потом — в разговоре с Земекисом, если придется, можно будет даже мягко надавить на то, что они меня вообще-то оторвали от заслуженного отдыха и заставили ехать даже без оружия, если к тому подойдет беседа. Тоже аргумент, как-никак. Пусть с самого начала чувствует себя моим должником.

— Ладно. — я хлопнул ладонью по столу. — Поехали. Но, если что, я останусь ночевать у вас.

— Да мы тебя обратно доставим раньше, чем ты заснешь! — хохотнул Медведь, явно довольный тем, что удалось меня уговорить. — Поехали!

Мы вышли из бара и погрузились в машину уже знакомого вида с пулеметной турелью. Еще две таких же пристроились к нам на выезде из города и таким составом мы поехали к Легиону. По пути все, включая меня, хранили молчание и лишь озирались по сторонам, сурово хмуря брови, мониторя обстановку и вообще изо всех сил делая вид, что везут и охраняют очень важную персону.

Добрались до Легиона быстро — я даже заскучать не успел. По уже знакомому пандусу машины поднялись в нутро железного острова, и Медведь выполз наружу, жестом приглашая меня за собой.

Мы снова шли по гулким стальным переходам и я снова ловил себя на мысли, что здесь настоящий лабиринт, ориентироваться в котором не представляется возможным. Даже если кто-то вздумал бы захватить Легион себе, даже если бы смог каким-то образом прорваться через заградительный огонь всех стволов и подняться в основные помещения, тут бы все и увязло. Атакующие просто рассеялись бы в этих коридорах и застряли, не зная, куда идти дальше. Возможно, на то и был расчет.

Через несколько минут Медведь остановился возле ничем не примечательной двери, точно такой же, как сотни других, уже пройденных, дверей и жестом пригласил меня войти. Я не стал заставлять его ждать, потянул дверь на себя и шагнул внутрь.

Я ожидал увидеть роскошный кабинет большого начальника, вроде того, что был у Шмеля — с баром и деревянным столом, но все оказалось намного проще. Земекис явно не страдал никакими комплексами, кроме, может быть, комплекса аскета. В его кабинете главенствовал металл. Из него был сделан стол, стулья, стеллажи и даже пол ничем не был покрыт и представлял из себя металлические листы с крупными клепками по швам.

Единственное, что в этом помещении не выглядело казенно-утилитарным — это окно. Это, кажется, вообще было единственное помещение из всех, что я тут видел, в котором было окно. И возле этого окна, заложив руки за спину, стоял человек в простом зеленом камуфляже и такой же расцветки кепи на голове. Он словно и не замечал моего присутствия, хотя я был уверен, что он знал о нем с первой секунды моего появления здесь.