Полагал, будто для обсуждения условий отведут в тихий кабинет одного из местных заправил, а вместо этого оказался препровождён в огромный зал, сплошь заставленный конторками и до отказа забитый людьми. Клерки в чёрных брюках, жилетках и белоснежных сорочках с матерчатыми нарукавниками что-то оживлённо обсуждали, то и дело подбегая к висевшим на стенах доскам и стирая одни цифры и взамен выводя другие. С хлопками выскакивали из труб контейнеры пневмопочты, стучали дверьми мальчишки-курьеры, щёлкали костяшки счётов.

Я растерялся даже, а вот клерк преспокойно подвёл меня к одному из коллег, и тот сразу спросил:

— Чего и сколько?

— Южноморский союз негоциантов. Тысяча девяносто акций, — машинально ответил я.

— Купить или продать?

— Ни то, ни другое, — качнул я головой и протянул клерку соглашение, составленное стряпчими школы Пылающего чертополоха. — Надо зачислить их на торговый счёт и оформить поручение на продажу при падении цены. Почём они сейчас, кстати, торгуются?

Молодой человек оглянулся на одну из досок.

— По восемь сорок пять, — заявил он, стремительно перекинул костяшки на счётах и объявил: — Итого девять тысяч двести десять целковых и пятьдесят грошей. — Он принял листок, ознакомился с его содержанием и понимающе кивнул. — Ну да, сейчас продавать акции для покрытия текущих расходов нет никакого смысла: после известных событий они ещё не успели полностью отыграть весь свой рост.

Какие именно события имелись в виду, я спрашивать не стал, сообразив, что речь идёт о претензиях к Черноводской торговой компании со стороны церкви. Неожиданный поворот изрядно повысил шансы южноморских негоциантов вернуть контроль над Тегосом — немудрено, что толстосумы начали скупать их акции с прицелом на будущее.

Но девять тысяч целковых!

Возник соблазн перевести капитал в звонкую монету, и противиться ему я не стал. Правда, решил и не горячиться, сказал:

— Продай девяносто акций по текущей цене, остальное зачисли на торговый счёт.

Заметно повеселевший молодой человек сразу предупредил, что для начала ему придётся проверить подлинность акций, и я небрежно махнул рукой, но дело отнюдь не ограничилось изучением бумаг.

— Надо будет дождаться ответа из Южноморска, — огорошил меня клерк.

Я вполне мог бы и не спешить с продажей части акций, поскольку решил озаботиться этим просто из опасения остаться с пустыми карманами, но каждый день промедления отодвигал начало обучения в школе Пылающего чертополоха, и вот это уже меня нисколько не порадовало.

— Два дня туда, два обратно? — нахмурился я. — На следующей седмице приходить?