Поражение Дессе казалось неминуемым. Но и Павел Петрович, так сказать, не сидел сложа руки. К флоту «северян» также стекались малые боевые группы, рассредоточенные прежде по тыловым секторам и второстепенным звёздным системам Тульского Промышленного Пояса. Изначально расположенные в ключевых точках, дабы охранять сектор и препятствовать внезапным вторжениям, эти немногочисленные, но отборные эскадры получили долгожданный приказ покинуть свои координаты и спешить на соединение с главными силами… Однако подлинным украшением этого ожившего космического полотна стала новоприбывшая эскадра из восемнадцати кораблей, появившаяся последней. Возглавлял эту эскадру ни кто иной, как контр-адмирал Васильков собственной персоной. Тот самый прославленный космофлотоводец, чьё мастерство и отвага давно стали легендой. Моряки и офицеры Дессе, завидев на экранах знакомый профиль моего флагмана, разразились ликующими криками. Ладно, я немного преувеличиваю, конечно, но в любом случае Павел Петрович, обычно сдержанный и суровый, не смог сдержать улыбки… — Вот теперь я окончательно спокоен, — радостно приветствовал меня мой крестный, когда я ступил на борт его флагмана «Петр Великий». В просторной рубке управления царила атмосфера напряженного ожидания и готовности к решающей схватке. Офицеры склонились над мониторами тактических дисплеев, отслеживая малейшие изменения в диспозиции противника. В воздухе ощутимо витало предвкушение грядущего сражения. Павел Петрович крепко обнял меня, на мгновение прижав к груди. В его глазах читались одновременно радость встречи и тревога за исход предстоящей битвы. — Все мои друзья и союзники находятся рядом со мной! — патетически провозгласил он, обводя широким жестом собравшихся в рубке офицеров и экраны, на которых высвечивались лица дивизионных адмиралов его флота. — Господа, нас меньше, чем врага, но те еще не знают, с кем им предстоит драться… — Ладно, ты сильно-то не преувеличивай, — хмыкнул я, дружески похлопывая старика по плечу. Его энтузиазм был заразителен, но я предпочитал трезво оценивать расклад сил. — Противник хоть и не знает всех наших козырей, но и недооценивать его не стоит. Вон, сколько их собралось, наших недавних союзничков… Павел Петрович понимающе кивнул. Он всегда ценил во мне прагматичный подход и умение сохранять хладнокровие в любой ситуации. — Ты прав, Сашка. Воодушевление — это хорошо, но головы терять нельзя, — согласился он. — Однако должен признать, твое появление здесь приятно меня удивило. Скажи лучше, где