стал флагманом адмирала Зубова и сейчас занимает должность помощника… — Вы слышали, Моро, — Дессе снова обратился к Винсенту, — Через пятнадцать минут старший помощник Завадовский должен быть у меня на корабле… — Не расслышал последние слова, господин командующий, — сквозь шипение и скрежет в эфире пробивался голос Моро. — Да–да, я понял, выполняю… — Что творится со связью у вас на корабле, контр-адмирал? — раздраженно спросил старик, Демида, который все это время молчал и бешено думал, что ему делать в этой безвыходной ситуации. Через упомянутые пятнадцать минут этот, видимо секретный доносчик Доминики — капитан Завадовский будет стоять перед командующим и конечно в красках распишет, как люди Зубова хладнокровно вырезали отряд мадьяр у себя на корабле. Сейчас Демид Александрович усердно думал что нужно отвечать Дессе на обвинения и к сожалению не находил ничего подходящего. А жестокое убийство целого отряда штурмовиков Северного флота тот явно ему не простит. — Я не знаю, господин командующий, — медленно ответил Зубов, то ли на последний вопрос «Лиса», то ли думая о своем положении. — Ладно, скоро твой свидетель прибудет и мы наконец узнаем всю правду, — обратился Дессе к Доминике Кантор. — Лично я предполагаю, что произошло какое-то недоразумение. Поэтому пока мы ждем старшего помощника, я хотел, чтобы не терять времени даром, посвятить вас в планы предстоящей операции… — Как, господин адмирал, вы хотите говорить о секретной операции при нем⁈ — Доминика кивнула в сторону молчащего Демида Александровича. — Очень неразумно. Если окажется, что этот человек и в правду убил моих людей, значит, он предатель и уж точно не может присутствовать на военном совете. Зубов должен быть немедленно предан Трибуналу за свое деяние и расстрелян! — Какая ты кровожадная, — усмехнулся старик, пытаясь разрядить обстановку. — Сначала нужно доказать вину и выяснить причины деяний господина Зубова, а уже голову с плеч снять это дело не трудное… — Поэтому я предлагаю подождать моего свидетеля и не начинать совещание, — сказала Доминика. — Предлагать здесь буду только я и никто иной, — строго ответил командующий. — Ты не слушаешь меня совсем. Я же сказал, что считаю всю эту историю — недоразумением. Тебе еще будет стыдно за свои действия, после того как мы узнаем всю правду. А как ты будешь выглядеть, если окажется, что все твои ребята живы и здоровы и находятся в своих каютах на линкоре? — Они мертвы, — упрямо повторяла Доминика, ненавидящим взглядом сверля Демида, — Он сам признался