— О, Саша, привет, — удивлённо сказала одна из них.

— А мы тут… — замялась вторая, но довольно быстро нашлась: — Мы кофе попить хотели.

— Ага, — тут же в унисон с ней закивала третья.

— У вас что, работы нет? — поинтересовался я.

— Так у нас в зале всего три посетителя сегодня, — недовольно забурчала одна из них, и оставшиеся закивали.

Подумав, я вышел в коридор и прикрыл за собой дверь.

— Девчонки, присмотрите за ней, ладно? — попросил уже куда более серьёзным голосом, и все трое тут же понятливо кивнули.

Ну вот и славно.

* * *

— Всё-таки привёз его, — вздохнул я, наблюдая, как Виктор вылезает из машины с переноской в одной руке и большой сумкой во второй.

А ведь он ещё рюкзак нацепил.

— Да блин, Сань! Я же сказал, что не могу его оставить! Ему уход нужен. Уход, а не мешок!

— А я-то что? — удивился я. — Я ничего…

— Ты это и собирался сказать, — почти обвиняющим заявил он, ткнув в мою сторону рукой с переноской, откуда сразу же раздалось злое шипение. — И не говори, что это не так!

— Да я и не собирался. В багажнике есть что-то?

— Конечно!

Вздохнув, обошёл машину и открыл багажник. Глянул на Виктора. Снова на багажник.

— Слушай, ты в курсе, что книги ещё и в электронном варианте есть? — на всякий случай спросил я. — Ну знаешь? Телефоны там, планшеты. Штучки такие с экранами…

— Сань, не придуривайся, а? Там всё по медицине. Плюс мои заметки. Плюс конспекты. Ещё по целебной артефакторике труды. Я их в библиотеках брал. Нельзя их оставлять и…

— Ладно, ладно, — взмолился я, беря первый тяжеленный короб из четырёх, что лежали передо мной. — Всё, завязывай. Пошли, покажу, где кости кинуть.

Минут через пятнадцать, перетаскав всё, мы сидели в комнате у Виктора на четвёртом этаже. Я сидел и отдыхал на стуле, пока друг раскладывал вещи по полкам.

— Как твоя мадам восприняла это?

— То, что мне пришлось спешно переезжать в каморку над баром, потому что твой сумасшедший брат желает смерти тебе и всем твоим близким? — с сарказмом уточнил он.

— Ты же не…

— Я не идиот, Саша. — На лице Виктора появилась вымученная улыбка. — Это я ей не рассказывал. Вообще, не очень хорошо, конечно. Но сильно спорить не стала. Сказала, что, если я так решил, значит, решил.

— Она меня не любит.

— Тебя вообще мало кто любит.

— А вот тут неправда!

— Ну, может, и неправда, — пожал плечами друг.

— Вот и продолжай так думать, — сказал я и, широко зевнув, глянул на часы.

Время уже близилось к полуночи, а вставать завтра рано. Плюс ещё это дело с Викой. Сначала, по крайней мере, до сегодняшнего вечера, я был полностью уверен, что выслушаю её, но само дело отдам Скворцову. Он у нас любит помогать несчастным. Но после того, что сегодня было… О нет. Я сделаю это сам. А для того чтобы добиться успеха, нужно собрать информацию.