— Да, собственно говоря, я не за вежливостью сюда пришёл, — хмыкнул себе под нос. — И да. Я действительно защищаю убийцу вашего брата. Как вы и сказали.

— Как приятно слышать хоть слово правды от подобного вам, — фыркнула сидящая передо мной женщина. — Надеюсь, эта дрянь получит то, что заслужила, а вы будете опозорены. Так что не удивляйтесь, что я, скорее, плюнула бы вам в лицо, чем согласилась вести с вами милые беседы.

— Но встретиться вы всё-таки согласились, — заметил я, на что она нахмурилась. — Так что и выслушать меня вам придётся.

— Что поделать, придётся потерпеть, — закатила она глаза, откидываясь на спинку своего кресла и скрестив руки на груди. — Говорите, что хотели, и выметайтесь из моего дома.

— Вашего? — Я состроил удивленное лицо. — Если не ошибаюсь, этот дом, как и титул, всё ещё принадлежит Изабелле, а не вам, Елизавета. Пока суд и присяжные не вынесли своего решения, она всё ещё баронесса.

— До тех пор, пока суд не вынесет приговор, — повторила она мне мои же собственные слова, и её тонкие губы растянулись в змеиной улыбке. — Суд признает её виновной.

— Вы так в этом уверены?

— Убийца не уйдёт от ответственности, — с полной убежденностью заявила Димитрова. — Я верю в справедливость.

— Как и в жадность?

Мои слова заставили её лицо принять оскорбленное выражение.

— Что? Вы что себе позволяете…

— Скажите, вы слышали, что сегодня произошло в городе?

— Не понимаю, о чём вы говорите.

— Сегодня на Романа Павловича Лазарева, адвоката, который защищает Изабеллу Димитрову, напали, — пояснил, моментально отметив радостный отклик в её эмоциях. — Служанка, что раньше работала прислугой вашего брата, убила Романа Лазарева и едва не убила меня самого…

— Юлия? — Глаза сидящей передо мной женщины округлились от удивления… так натурально, что я практически ей поверил. — Бедная девочка. Я знаю, что она была влюблена в моего брата, но пойти на такое…

Выражение удивления на лице Елизаветы моментально изменилось на нечто среднее между триумфом и зловредностью.

— В любом случае не ждите, что я стану оплакивать того, кто собирался помочь этой дряни уйти от правосудия, — добавила она. — То, что с ним случилось, всего лишь закономерный итог. Карма, если хотите.

Я пару секунд вглядывался в её лицо.

— Могу я задать вам вопрос на счёт вашей артефактной коллекции, что принадлежала вашему роду?

— А при чём здесь это? — удивилась она.

— Видите ли, какое дело. Я поговорил и с Юлией, и с Изабеллой. Обе они, перед тем как совершить то, что сделали, встречались с вами. Обе имеют определенные провалы в памяти. Так уж вышло, что недавно я познакомился с одним очень любопытным парнем. Может быть, вы его знаете? Он работал вместе с Изабеллой в аукционном доме Филатовых.