— Ну, Вы поговорили с Константином с Григорием так, что они с утра пришли передо мной извинятся. И бланш такой под глазом у старшего почти на половину лица, прямо ужас. Это Вы его так, Аркадий?
— Я людей не бью, Наталья Романовна. И ни за что не признаюсь, что попросил кого-то более серьёзного, чем эти двое, просто по-человечески с ними мирно побеседовать. Официально ничего не могу подтвердить.
— Ни за что не признаюсь, — она с подозрением обернулась и с прищуром посмотрела на дворника, который мёл мостовую в добрых двадцати метрах, словно он был английским шпионом под прикрытием. — Верно подмечено. Аркадий Ефимович, раз уж Вы оказали мне такую своевременную услугу, и братья пошли на попятную, прошу Вас оказать мне любезность и пожить в квартире покойной бабушки следующие полгода, пока принятие наследства не завершится. А то весь город шепчется, что молодой и самый умный адвокат живёт в своём офисе.
— Прямо уж весь город?
— Слухи такие ходят. Я ведь сама Вас с утра пораньше застала, потому что Вы прямо в офисе и ночуете.
Едрёна кочерыжка, что за город такой, все про всех всё знают? В моем мире спи кто-то в офисе, это заинтересовало бы только вневедомственную охрану и то, в связи с периодическим ложным срабатыванием сигнализации.
— А так поживёте полгодика, Вам — солиднее будет купить дом какой-нибудь дорогой, импозантный. Вы не подумайте, консьерж братьев теперь на порог не пускает, а я с Вас копейки не возьму. Ну пожалуйста, не откажите бедной женщине в небольшой просьбе?
Всё понятно. Хочет, чтобы я грудью прикрывал наследственную массу, и чтобы был ей обязан, не отказался от её дела, не передумал.
— Я подумаю.
— Вечером приду за Вами, чтобы Вы осмотрели квартиру и увидели какая она чудесная…
— Спасибо, Наталья Романовна, мне пора бежать, у меня судебное.
Никакого судебного, у меня, разумеется, не было © Каневский.
Глава 17
У дверей моего офиса стоял Кит, помощник тёзки певца из моего мира — Шамана. Судя по словам Натальи Романовны, психологическая беседа о морали и нравственности с братцами уже состоялась, и он ждал возможности забрать свою расписку, с тоской глядя в запертую дверь офиса и периодически без надежды на успех, подёргивая её ручку.
В руках он держал цепочку и это была цепочка от моего дверного звонка-колокольчика. Резонно предположить, что сильный и решительный Кит её оторвал.
Надо ручку купить более мощную и что-то придумать со звонком.
Когда я подошёл, он заметил меня, обрадовался и набрал воздуха, чтобы что-то сказать.
— Господин адвокат, мы с моим боссом уже…