— Давайте бумажку. Вернусь, обменяю её на расписку, постараюсь за вечер уложиться, дел много.
И он ушёл, не прощаясь, а я вернулся к разделу объявлений коммерческого вестника. Мне понадобилось больше часа, чтобы понять, что «вручную» я нужное мне имущество не найду. Ну, хотя бы я нашёл, где искать. Точнее сказать, у кого.
На улице накрапывал дождик, в антикитайских обысках перерыв, можно и прогуляться.
Глава 15
В офисе банкротного управляющего было заперто, в соседнем кабинете недовольная толстая тётка пробурчала «Павел в торговом суде и нечего тут ходить, потом печенье и сахар пропадают».
Печенеги у неё пропадают. На бока свои внимательно посмотри, может они там укрылись?
На пробу пешком отправился в торговый суд и, хотя никогда не видел этого самого Павла, меня это не смутило.
— Приветствую! — вежливо поздоровался с приставом на входе в суд. — Не подскажете, в каком зале дело у управляющего Орлова?
Пристав не был обязан отвечать, но тот факт, что я здоровался и прощался с каждым из них и при каждом посещении суда, также как и при встречах в городе, понемногу создавал некое подобие симпатии. У меня была плохая память на имена, поэтому я всех записывал, зато отличная — на лица. Я старался запомнить всех приставов, дворецких, помощников судей, тёток из канцелярий, следователей и уж, тем более, судей. И, когда какой-нибудь пристав гулял по улице с дамой, а с ним за руку и уважительно здоровался целый адвокат в шикарном и стильном английском костюме, он сразу же приосанивался, а в глазах мелькало собственное достоинство и узнавание. На девушек, не важно жёны они или подруги, это тоже производило положительное впечатление.
— Секунду… Третий зал, проходите.
— Спасибо и хорошего Вам дня.
Вежливость — очень простая и совершенно недорогая штука, а может окупится сторицей в неожиданный момент.
Прошёл, нашёл зал, заглянул в призывно открытую дверь. Судья восседал за своим столом и ковырялся в бумагах.
— Аааа… Филинов. По делу или опять, знакомитесь с правосудием?
— Знакомлюсь, ну и с коллегой хотел переговорить. Потом, после слушанья.
— Хорошо. Так, Павел Вячеславович, будем Вашего оппонента ждать по оспариванию сделки? Я всё равно отложусь, налоговое ведомство документы по запросу до сих пор не прислало.
— Опаздывают, не являются. Эх, вот такое вот отношение, Максим Сергеевич. Как скажете, хотите проведём, хотите сразу отложим?
— Сразу. Встаньте, соблюдем формальность.
Такие разговоры «за пределами» формальной части судопроизводства распространённое явление, хотя «простой народ» об этом не знает. Тот факт, что судья говорил открыто при мне, показывало, что я «свой», то есть допущен в профессиональную среду, как равный, и этот факт не укрылся от управляющего.