Лошадка цокала по мостовой, а я чувствовал себя так, словно по мне проехался асфальтовый каток. За час своей нетяжёлой «работы» башкиры получили по двадцать пять рублей и сэкономили мне кучу нервов. Заодно я нанял их для «косметического» ремонта своего нового помещения и отпустил на сегодня вместе с Игорем. Хитрый китаец наверняка стрясёт с них откат с моего гонорара.

Потратил последние силы чтобы дойти до на удивление чистого и мирного кабака, где без аппетита поел и отправился спать.

* * *

Утром подскочил как от удара током.

Три паровых гудка с фабрик голосили на многие километры вокруг, как вестники Апокалипсиса. Не светит мне, видно, от зубов тварей Изнанки или от ножа бандитов умереть. Куда быстрее такими темпами я отброшу коньки от внезапного сердечного приступа.

Поспешил в кафе в центре, где пил чай и писал документы для пристава. Такой штуки как копир-ксерокс в этом мире не водилось (по крайней мере, пока что я о такой не узнал), так что мне пришлось вручную буквально переписывать договор — и заверить своей же подписью, чтобы отозвать исполнительный лист уже от своего имени (каждый раз боюсь спутать, как меня зовут).

Забежал в Лицензионную палату, где без всякой торжественности получил лицензию адвоката на гербовой бумаге и удостоверение, в котором немедленно обнаружил ошибку в своей фамилии (да, вот такой я вредный человек, перечитываю документы после непогрешимых чиновников). У них получилось Филонов, что категорически меня не устраивало.

Оставив переделывать документ, поспешил к приставам, тут же высоко оценив свою новую географию. От моего нового «офиса» всё было рядом. Сдал документы скучающему клерку в отделе приставов, выслушал его ленивое что «Вы получите ответ в течение месяца по почте».

Ответ меня не интересовал.

Жадный Базаров не дал мне ключей, но я не такой человек, которого это остановит. Я арендовал помещение на проспекте Каспийский начиная прямо с сегодня, документы на руках, так что без затей выманил ключных дел мастера с соседней улицы, он за рубль двадцать не только открыл мне замок (приговаривая, что вообще-то так нельзя и он таким не занимается, на то есть специальные люди), но и изготовил два новеньких комплекта к нему.

Надо сказать, что замки и ключи в этом мире были, на мой взгляд, примитивными.

Войдя в свой новый офис, я первым делом чихнул. Тут было весьма грязно и очень тоскливо. И вести адвокатские дела среди нескольких брошенных манекенов никак нельзя. В задумчивости вышел на улицу, когда меня окликнул знакомый голос.

— Аркаша, — я вздрогнул. Не люблю, когда меня дёргают во время мыслительного процесса.