— Кабыр-джан, привет, рад тебя видеть.
— Привет, стрелок-адвокат. Как жизнь?
— Вроде налаживается. Просьба есть. Заказ.
— Чего надо сделать?
— Дык, Манзыра отправить к его родственнику. Хотя бы до полпути, до стойбища какого-то. Ну, чтобы он точно доехал. А то видишь, после отсидки он слегка потерянный и одичал.
—За тобой пришли, приёмный , — по левому плечу пронёсся шелест перьев Филина, а в ушах зазвучал его голос. —В эту Изнанку пришли друзья недавно убитых злодеев. И они хотят тебя и всех, кто рядом с тобой — покарать. Пощады не жди. Я тебя предупредил… Считай, помог .
Голос Филина и его слова, никто кроме меня, разумеется, не слышал.
С точки зрения Кабыра я просто тупо смотрю перед собой и молчу с идиотским выражением лица.
— Отставить «жизнь налаживается», — севшим голосом выдавил из себя я. — Кажется, надо нападение отбить.
Глава 24
— Сколько? — я мысленно обратился к Филину и буквально на пределе восприятия почувствовал еле слышный ответ:«Шесть» .
Поняв, что большего от своего Предка уже не добьюсь, пару секунд просто молчал, переваривая полученную информацию.
…
— Кабыр-джан, в этом стойбище кто-нибудь говорит по-русски, кроме тебя? — спрашивая, я достал ещё один портальный свиток, настроенный на границу владений республики — торговое поселение на озере Куш. Там было полно степняков и можно легко купить лошадь для Манзыра.
Китайцы давно уже церемонно расселись вокруг, Манзыр тоже был рядом. Кроме Кабыра, было ещё два степных охотника, которые молчали с таким многозначительным видом, что было не понятно, умеют ли они говорить по-русски и всё понимают или просто морды с рождения такие хитрые.
— А что случилось? — общительный чистокровный хакас явно перенял часть привычек «избранного» народа.
— Враги.
— Все более-менее говорят, — неохотно ответил он. — У нас тут одни хакасы, мы не принимали участие в войне со Степью, если ты хотел спросить об этом. Мы не враги вольного города, нас вообще в основном интересует охота, а никак не война.
— А если война сама придёт в ваш дом? — я уселся на одну из лежанок у дымного костра, с наветренной стороны.
Взвешивая каждое произнесённое слово, умудрённый жизнью степняк ответил:
— Мой дом — это вольный мир, я могу уйти, куда захочу и когда захочу. А эта Изнанка с дармовой добычей вовсе не мой дом, — многозначительно сощурился хакас.
— В эту Изнанку пришли враги, которые хотят… они хотят напасть на вас, на охотников и на меня за то, что пустил вас сюда.
— Не любят степняков? — предположив самое простое, задумался он.
— Получается, что так, — продолжил убедительно врать я. — Вас и меня за то, что общаюсь с вами.