— И что же говорят? — спросил я, когда мы вышли из комнаты.

Девушка захихикала и поправила мне рукав футболки, который задрался до самого плеча. Чувствую, как её так и тянет на мне что-нибудь да поправить.

— Вы отчаянный лётчик. Грамотный и перспективный, — сказала Таня, когда мы вышли на улицу.

Луна уже показалась над аэродромом, освещая кроны «зелёнки». В воздухе смешались запахи жареного мяса, фруктов, эвкалипта и, конечно, керосина. Куда ж без него на аэродроме!

— А ещё вы не женат. Как так? Удивлена! — воскликнула Таня.

— Ничего удивительного. Моё сердце и жизнь принадлежат Родине. Есть немножко места, которое пока не занято, — посмеялся я.

— И вы меня можете туда пустить? — подошла Таня ко мне ближе.

Запах женских духов начал перебивать ароматы этой ночи. Вряд ли Татьяна из тех, кто «этим» занимается на первом свидании. Но уж сильно она меня заводит. К тому же, не могу не смотреть на грудь, когда под платьем нет лифчика. Издевательство какое-то!

Рядом с нашим модулем послышались чьи-то шаги. Слабый ветерок принёс ещё и стойкий запах алкоголя. Тёмная фигура хозяина этого запаха медленно двигалась к нам, слегка покачиваясь.

— Добрый вечер! Я диспетчер! — вышел на свет незваный гость.

Подкуривая сигарету, перед нами появился товарищ Баев. Да такой «весёлый-весёлый»! Но на ногах стоит устойчиво. Не похоже, что ему уже хватит.

— Здравия желаю, товарищ подполковник, — поздоровался я.

— И тебе не болеть, Клюковкин.

Таня напряглась и отвернулась в сторону. Причина столь резкого изменения настроения прямо передо мной.

— Санёчек, поговорим в стороне, — положил Баев мне руку на плечо.

Но отводить не потребовалось. Татьяна сама ушла к столу.

— Можно и здесь.

— А давай! Ты, кстати, нормальный парень. Я тут с Ефимом Петровичем разговаривал на нашем… ик… мероприятии. Он тобой доволен. Так что не серчай на меня. У меня работа такая, — протянул мне руку Баев.

— Да понятно, Кузьма Иванович.

Дальше начался длинный монолог, как он нас всех любит. Что он за любого лётчика порвёт не только пасть, но и другие места. И не только себе.

— Вот и поговорили, верно? — спросил Баев и я кивнул.

— Мне идти нужно. Вам бы чаю или кофе выпить.

— Нормально. У меня ещё одна… встреча сегодня, — улыбнулся Кузьма Иванович.

После этих слов он ушёл в обратном направлении. Я как бы не дурак. Понятно, что где-то у него с Таней есть точка или точки соприкосновения. Но сегодня ничего у них не выходит.

Застолье завершилось, и на меня легла обязанность проводить Свету. Остальных уже пошли провожать. Татьяна тоже ушла раньше окончания мероприятия.