— Итак, завтрашний день стандартный. Обеспечение постов, прикрытие колонн и экипажей на взлёте. Плюс ПСО.
Я просмотрел плановую таблицу… и не нашёл нас с Кешей. Не было в ней и Шаклина.
— Командир, а мы как же? — уточнил Вениамин, подойдя к Енотаеву.
— Думаю, что для нас особое задание и по другой плановой таблице, верно? — подмигнул я Ефиму Петровичу.
Енотаев кивнул и позвал за собой на улицу. Когда мы вышли из палатки, нас уже ждал Сопин. Поздоровавшись, он стал объяснять задачу на завтра.
Расспросив о нашем состоянии, Игорь Геннадьевич перешёл к рассказу о завтрашней работе.
— Мы пытаемся сейчас заблокировать район в той самой степи с длинным названием. Информация противоречивая, но есть шанс взять его. Он нужен живой, поскольку много знает, — объяснил Игорь Геннадьевич.
Похоже, что спецам Сопина, поставили задачу взять большую «рыбу». И мне известно его имя.
— Это тот самый «лев», который отступил из Панджшера? — уточнил Шаклин.
— Да. Ахмада Шаха Массуда нужно доставить целым.
Глава 21
С момента разговора с майором Сопиным прошла неделя. Интенсивность наших вылетов в интересах отряда специального назначения выросла в разы. Несколько раз в день наше звено осуществляло поиск и ликвидацию караванов из Пакистана. И каждый раз нам попадалось всё больше и больше оружия, боеприпасов и других ценных для духов вещей.
С Шаклиным взаимопонимание установилось хорошее. Веня оказался нормальным парнем, когда не «включал» суперначальника. Порой бывали ситуации, когда он начинал нести пургу, но быстро исправлялся, понимая бесполезность большинства замечаний.
К примеру, за неделю он 10 раз пожаловался, что я летаю в кроссовках «Цебо». Настолько это достало комэска, что он отдал приказ всей эскадрилье летать в кроссовках. Это было необязательно, поскольку 99 процентов и так это уже делало.
Поиски Шах Масуда результатов не приносили. Караваны мы перехватывали, кишлаки проверяли, укрепрайоны брали, но ничего.
При возвращении после очередного вылета своё мнение выразил по этой ситуации Кеша. Оригинальным языком, присущим только ему.
— Командир, а вот я не понимаю. Зачем мы его ищем? Пускай сам к нам придёт, — сказал Кеша по внутренней связи, когда мы подлетали к аэродрому.
Вечерний вылет подходит к концу. Солнце припекает через остекление кабины, а система кондиционирования на борту еле вытягивает разряжённый воздух и высокие температуры. Очередная эвакуация группы после выполнения рейда завершена. В грузовой кабине сейчас уставшие, грязные, но очень довольные бойцы отдельного отряда специального назначения.