Мне и на расстоянии было понятно, что дело — дрянь. Жидкость АМГ-10 начала уже вытекать. Вертолёт никуда не полетит, пока мы не устраним поломку.

— Что скажешь, Валер? — спросил я.

— Пока ничего. Надо найти причину. Пока покурите, — ответил бортовой техник.

Кеша слез вниз и тоже начал занимать место в боевых порядках разведчиков. Да так отчаянно, что упал прямо лицом в песок. Выплюнул всё, что насобирал при этом в рот, и приготовился к стрельбе.

— Иннокентий, идём со мной, — сказал я, заметив улыбающегося старшего группы.

— А если попрут на нас? Что делать будем?

— Даже не думай об этом. Сглазишь. Зная твой уровень везения, мне уже не по себе становится.

Пока я разговаривал с Кешей, на посадку зашёл Ми-24 Шаклина и десантировал оставшихся членов группы. Как только все оказались на земле, Веня взлетел и начал кружить над нами.

— Понял. Товарищ лейтенант, это вас, — позвал меня радист спецназовцев.

Взяв в руки тангенту, я прислонил к уху гарнитуру.

— Слушаю, 301й.

— Как обстановка?

— Пока определяемся. В гидросистему попали. Бортовой смотрит.

— Понял. У меня топлива на пять минут, потом ухожу. Бросать вертолёт не будем. Техпомощь вам соберём и сразу пришлём, как принял?

— Принял.

Валера слез вниз и тут же нырнул в грузовую кабину.

К вертолёту подошли остальные бойцы группы, а с ними и Сопин.

— У него там керосина мало. Вокруг никого, так что проблем не должно быть, — сказал Игорь Геннадьевич.

— Главное здесь слово «должно», а как оно будет, посмотрим. Надо однозначно ждать подмогу.

— Садитесь на вертолёт и летите. Мы останемся, — предложил Сопин.

Рядом стоял Кеша, который начал крутить головой во все стороны. Его я точно в вертолёт не затащу.

— Валер, пока Шаклин в воздухе, давай… — обратился я к бортовому технику.

— Командир, а давай без «давай». Ты ж сам не сядешь к нему в грузовую кабину, верно?

Я повернулся к Геннадьевичу и развёл руками.

— Что поделаешь. Вертолёт бросать нельзя.

Через минуту Валера Носов вытащил тот самый ящик с запасным имуществом и стал его перебирать.

— Ну, давай. Должен быть, — приговаривал он, но потом разозлился и пнул со всей силой ящик.

Кажется, чего-то там не хватало.

— Говори, Валер.

— Шланги есть, фильтр есть, а вот стакана нет, — развёл он руками. — Диверсия, не иначе.

Наш разговор услышал один из бойцов и полез в рюкзак и достал металлический стакан.

— Отставить. Им не тот стакан нужен, — остановил его Сопин.

Со слов Валеры, выстрел оказался настолько точным, что пробил фильтр в гидросистеме. Вместе с ним оказался повреждён и, так называемый стакан, куда вкручивается фильтр.