Я посмотрел на Моню блестящими глазами.
— Что? — сварливо спросил тот.
— Сейчас увидишь! — шепнул я.
Глава 9
Первым делом я бросился к серым упаковкам и полез внутрь посмотреть, что там. К моему огромному разочарованию, большинство изделий, которые планировались выставляться на лотерее, оказались подделками: так, к примеру, упомянутый бронзовый конь, о котором красочно говорилось в афише, оказался обычным то ли гипсовым то ли вообще каким-то бетонным, что ли, изделием, сверху покрашенным краской «под бронзу». Я немножко сковырнул гвоздём — и краска легко слезла, выявив моему взгляду тёмное каменное нутро.
Или же фисгармония — это была обычное пианино, только какое-то мелкое и ущербное, ничем не отличавшееся от дешёвых роялей, что продавались на любой барахолке. Отличие было лишь в том, что кнопки на нём были разукрашены золотистой краской, а сам корпус — блестящий, выкрашен дешёвым лаком. Думаю, что и золотые вещи были не совсем золотые, но их, к сожалению, здесь, в комнате не нашлось. Серебряные ножи и ложечки оказались обычными мельхиоровыми, и это сразу было видно.
— Вот это облом, — пробормотал я.
— Что? — спросил Моня.
— Да вот, я надеялся, что можно поживиться и немножко поправить свою материальную ситуацию, но, к сожалению, это не так.
— Фальшивка! Везде норовят надуть, — важно заявил Моня, плюхнулся задницей на пол и начал вылизывать лапу.
— Моня, ты бы ещё яйца свои вылизал, — рассмеялся я.
— Да иди ты! — возмутился Моня. — Ты не представляешь, каково это — быть в теле кота: постоянно всё чешется. Ещё это твоя подруга, которая мне бантик навешала, — от неё духами прёт, так что я аж расчихался весь.
— Ну, ничего, потерпи, Моня, — примирительно сказал я. — Скоро уже мы тебя, я думаю, перенесём в другое тело. Нужно лишь найти то, которое тебе понравится, и чтобы оно было подходящим.
— Ты думаешь, что мне стоит самому выбрать? — с надеждой сказал Моня.
— Конечно, выбери сам, а мы уже придумаем, как тебя туда перенести. Единственное, что мы не будем убивать детей, стариков, а кого-нибудь из вот этих бюрократов, которые обманывают население лживыми, фальшивыми вещами, я думаю, вполне пристукнуть и можно… — хохотнул я.
— Ну ладно, делись со мной колбасой, значит, — сказал Моня, с вожделением глядя на колбасу, которую я выложил на столе.
Пришлось делиться. Мы сели рядышком: я на полу, Моня пристроился рядом. И, отрывая кусочки колбасы, я — с батоном, а Моня — просто так, мы с аппетитом покончили с этой едой.
— Уф, — с довольным видом сказал Моня. — Теперь можно и поспать.