Я назвал сумму — и остаток долга, и проценты; они превышали остаток уже в несколько раз. Вадим крякнул и добил пиво в один дых.

— Да уж, попадос… Влетел ты крепко, амиго. Если прижмут евромрази совсем, обращайся. Посмотрим, что можно сделать. Кто ищет, тот всегда находит…

— Что как у самого-то на новой работе?

— Да какая она новая, я уж год как там… Говна всякого, конечно, хватает, это уж как водится. Менеджмент ворует, как не в себя, степлер, блин, на столе оставлять стремно. Поставщики — твари хитровыделанные. Чуть с ними расслабишься, брак подсовывают. В производстве через одного рукожопы. И все-таки… мы в два с половиной раза за последний год выросли. Тут тебе и рабочие места, и развитие промышленности, и рост отечественного сегмента на рынке. Есть чем, — Вадим улыбнулся в пустую кружку, — ну, гордиться, что ли.

— Круто, чо. Еще по одной?

Опытным путем я выяснил, что две кружки пива за вечер мой организм переносит без закидонов. А если хорошее пиво да в хорошей компании, то можно и на третью размахнуться.

— Так что разберешься с Дахау — давай к нам, в реальный сектор, — Вадим подул на пену, чтобы добраться скорее до пива. — Здесь приличных руководителей днем с огнем не сыщешь. Легко не будет, но и скучать не придется. Деньги, конечно, не такие, как в айти, но жить можно.

— Слушай, ну айтишечка все время растет, а в реальном секторе все наверно давным-давно поделено…

— Ты чего, новости не смотришь, амиго?

Вадим серьезно глянул на меня. Я пожал плечами. Пока держал акции, вполглаза следил за деловыми новостями, а теперь и на них забил. Политикой и вовсе никогда не интересовался. Судьба «Натива» все равно зависела от дрожания левой пятки руководства в Дахау, а не от общемировых трендов.

— Зря, зря, — Вадим покачал головой и захрустел гренкой. — Понимал бы, что настало время на свою страну работать, а не на глобальную, мать ее за ногу, экономику.

— Да ну, какое такое время, — я вяло махнул рукой. — Не будет ничего. Как обычно, кулаками помашут и успокоятся. Все к тому идет.

— А вот не скажи, — протянул Вадим. — Знаешь, что госслужащих уже перевели на банковские карты с отечественным биллингом? Теперь муниципальных переводят. Серьезная заваруха намечается. А ты на Дахау пашешь…

Я закатил глаза. И почему мне не наплевать?..

* * *

Между всей этой суетой я искал повод снова увидеть Катьку — и не находил. Скучал я уже не по той Катьке, которую помнил, а по той, какой она стала. Нет, любови страстной со мной не приключилось — не те годы, видать. Но я твердо понимал, что с этой женщиной буду счастливее, чем без нее; и сам готов был работать над тем, чтобы сделать ее счастливой, насколько возможно. Осталось только донести эту несложную идею до Катьки и узнать, что она думает. Вот только повода не находилось.