Я вздохнул:

— Программисты в бесплатный сыр не верят.

На корпоративную рассылку, предлагающую беспроцентный кредит, отозвалось человек десять из разных отделов, но только не из разработки. О том, что при увольнении, неважно по чьей инициативе, проценты взыскиваются по всему кредиту, в рассылке было написано мелким шрифтом. Видимо, у всех наших программистов отменное зрение.

— Ладно, значит, будем ловить момент, — решил Дазуров. — Как-нибудь мы на твоего Протасова да найдем управу.

На что мое отношение к Дазурову было далеко от восхищения, но в деловой хватке ему не откажешь. Когда я что-то умалчивал или пытался вывернуть факты в свою пользу, это он просекал мигом; когда возражал по делу, всегда прислушивался и без нужды не давил. Принципа «я начальник, ты дурак» он определенно не придерживался и кур, несущих золотые яйца, не резал.

Мы для порядка еще немного поторговались за индексации и премии. Вошла, как всегда без стука, Акамэ.

— Олег Виталич, тут… Ой, здрасти.

— Акамэ, выйди, я занят.

Дазуров с неожиданной для его сложения прытью поднялся из кресла. Вот уж не подозревал, что за ним водятся такие старосветские манеры!

— Мы же уже почти закончили… Представь мне нашу сотрудницу, Олег. Не знал, что «Натив» вовлекает такие юные кадры!

— Это Наташа, стажер, она помогает дизайнерам, — процедил я сквозь зубы.

Акамэ склонила голову набок, кошачьи ушки дрогнули. Дазуров глядел на нее, прищурясь. Мне чертовски это не нравилось. Ей семнадцать, то есть никого не посадят… да ну не в том дело же. Все эти разговоры про харассмент — в пользу бедных, конечно. Если женщина приглянулась начальнику, ей надо или делать эпиляцию, или искать новую работу, такова жизнь. Но школьница… хотя ведь и Оля училась в школе, когда познакомилась с Дазуровым.

Оля. Я так увлекся финансовыми вопросами, что не вспомнил о ней ни разу за весь разговор. Дазуров, видимо, тоже. Знал ли он? Если и да, то, похоже, намерен придержать это до поры. Будет, как он говорит, ловить момент.

— Диза-айнер, значит, — протянул Дазуров, не сводя взгляда с кошкодевочки. — Молодым везде у нас дорога… Покажешь мне свои работы, Наташа?

Акамэ кивнула. Против обыкновения она не стала настаивать, чтобы ее звали дурацким мультяшным прозвищем.

— А по отчету у меня больше возражений нет, — обернулся в дверях Дазуров. — Внеси правки и отправь на утверждение.

Вообще-то наш торг был в разгаре и Дазуров вполне еще мог скосить от премиального бюджета процентов пять. Я бы, пожалуй, предпочел, чтобы так наш разговор и закончился. Но он уже открыл перед Акамэ дверь и положил мясистую лапу ей на плечо.