Но поодиночке распутать паутину интриг невозможно. А нужно. И ему. И мне. Всем.

— Я тоже ни с кем не делилась, но моё поведение было прозрачным и очень глупо-девичьим. Я тебя избегала, потому что стеснялась заговорить, — признала мужественно.

А глаза в пол. Стыдно! Безумно стыдно!

Если бы я была отстранённой и сильной, если бы совсем ничего не испытывала, если бы могла привлечь на помощь дар!

Только вот наш разговор требует максимальной искренности. Обнажённости души, чувств, эмоций, мыслей. Иначе мы никогда не сможем довериться. Никогда не разберёмся в нагромождении интриг вокруг. Никогда не добьёмся собственных целей.

— Выходит, чувства были искренними с обеих сторон, — заметил Эйнар тихо.

— Да, — шепнула, глядя в глаза цвета весенней травы. — Но нас обвели вокруг пальца.

— Изящно.

— По-женски коварно.

— Королева, — озвучил он. — В тот день ко мне подошла её величество и почти следом — слуга с шампанским. Ни один из артефактов не отреагировал, и я сделал глоток. Ты вышла на балкон, спустя время я последовал за тобой. Честно признаться, в тот момент мне и в голову не пришло, что веду себя странно. Я так давно за тобой гонялся и, казалось, совсем потерял голову. Думал, от страсти. Выходит, меня опоили именно тогда.

— А ты думал, когда?

— Думал, ты меня прокляла. Есть несколько заклятий вечной любви, поцелуй в них — обязательный ингредиент.

— Ясно. Думал, что всё подстроено и я намеренно ждала тебя на балконе, готовясь к поцелую. А на самом деле я там стояла и приходила в себя, когда покраснела до корней волос, увидев тебя, — произнесла я обвиняюще и обиженно. — И как же ты избавился от заклятия?

— Никак.

— То-то я смотрю и вижу, как Сантор наполнен искренними, глубокими чувствами!

— Пью зелья. Жаль, организм быстро привыкает; приходится постоянно искать что-то новое.

— Могу отдать тебе антидот, который сварила. Может, он сработает лучше прочих или хотя бы немного поможет, — предложила от души. — И Миру попрошу под надуманным предлогом забрать у всех девчонок их эликсиры. Разобраться бы, чем именно тебя опоили! Было бы проще найти антидот.

Приятно, конечно, знать, что тебя любят, но не в нашем случае. Жить под заклятьем или зельем, испытывать навязанные чувства — отвратительно, мерзко и жестоко!

— Буду благодарен. Серена, раз уж мы сегодня вышли на невиданный уровень доверия, хочу услышать правду о той нашей встрече. Недавно я имел возможность убедиться, что записку написала ты, — заявил он уверенно.

И взгляд изменился. Пронзительный, злой, недоверчивый. Перемирие закончилось.