Пока что не представляю.
Глава 10
Глава 10
Смертник поневоле
Ступени просветления: неизвестно
Атрибуты: нет
Навыки: нет
Состояния: нет
В обозе было два главных лица: Кашик и Атами. Первый распоряжался всем, что не относилось к делу охраны, второй обеспечивал эту самую охрану. Кто из них главнее, даже не понять. Похоже, у них настолько чётко разделены обязанности, что друг другу на ноги они не наступают, потому старшинство не имеет значения.
Про Кашика чуть ли не в открытую во весь голос рассказывали, что он козёл редкой породы. В общем, не очень-то уважали. Но если он отдавал приказ, его приходилось выполнять.
Вот и я не смог найти не единой причины послать его подальше. Сказали явится на очи начальства, пришлось являться.
А идти очень не хотелось. С чего бы это я ему вдруг понадобился? Рок — мир строжайшей иерархии, где все, кто приподнялись над уровнем плинтуса, обязаны плевать на головы тех, кто барахтаются ниже. Кашику нет дела до такой мелочи, как я. Если что-то и понадобится от неполноценного найдёныша, достаточно скомандовать подчинённым обозникам, а уж те сами укажут мне, что и как делать. Наше прямое общение — это нарушение неписаных иерархических принципов. Если представитель «Трёх семёрок» снизошёл до такого червя, как я, это значит, что происходит нечто необычное.
Меня самым незначительным изменением порядка вещей убить можно, а уж от всех странностей следует держаться как можно дальше.
Но когда просят такие люди, отказать невозможно.
Кашик на меня даже смотреть не стал. То, что обращается напрямую — это и без того честь немыслимая.
Просто указал на реку и брезгливым тоном проговорил:
— Там, на телеге, остался мешок специй. Принеси его.
Да уж, не поручение, а та ещё подстава. И что теперь делать? Заявить, что не желаешь лезть в реку, кишащую кайтами? Или даже сослаться на то, что с моей ничтожной выносливостью и силой мешок унести не получится.
Но всё это Кашик понимает и без слов. Я для него — никто. Никому неинтересный слабак, подобранный на обочине. Здесь некому за меня заступиться, здесь он главный, и он может сделать со мной что угодно. Здесь, на краю Лихолесья, потерять здоровье или жизнь — проще простого. А специи — это ценный груз. И его полагается как-то спасать. Или хотя бы доказать получателям, что сделал ради этого всё возможное.
Так почему бы не попытаться решить вопрос, рискуя самым последним человеком в обозе?
Отказ ни в какой форме не примут. Я или выполню приказ, или погибну в процессе, или со мной сделают что-то нехорошее прямо здесь и сейчас, если что-то не так скажу.