— Для человека, которому давеча отрезали голову, ты действительно выглядишь неплохо, — первым заговорил Гаврила. — Фрол к тебе в наем звал?

Еремеев удивился, что беседу начал тот, кто среди ополченцев слыл нелюдимым молчуном. Видимо он первым совладал с собой.

«А голосок у него мощный. Хорошо, что говорит тихо».

— Ко мне. — Кивнул Александр, продолжая изучать лица собравшихся.

— У тебя завелось столько денег⁈ — спросил самый молодой из волшебников. Остальные одарили его осуждающими взглядами.

— Иначе бы вас сюда не звал.

— И что ты можешь нам предложить? — заговорил мужчина, которого звали Прохором.

— У меня возникла надобность в чародеях, но предупреждаю сразу: работа связана с большим риском, — ответил Еремеев, затем окинул взглядом пустой стол и заявил: — Господа, не знаю, как вы, а я бы с удовольствием подкрепился при помощи так и не отрубленной головы. — Он жестом подозвал официанта, заметив, что в зал вошел Годим и занял место через четыре столика.

Ужин заказали быстро, когда подавальщик блюд убежал выполнять заказ, Прохор продолжил задавать вопросы:

— Ежели устроимся к тебе на службу, нам тоже захотят отсечь башку?

— Не исключено. Хотя, сначала меня просто пытались убить. Опосля трех неудач наняли профи.

Несколько секунд никто не проронил ни слова.

— Опасная работа дорого стоит, — наконец заметил тот же Прохор. Похоже, он считал себя главным среди прибывших ополченцев.

— Первые полгода плачу по два серебряных в день. По окончании срока откуп в десять злотых будет считаться выплаченным. Дальше либо уходите, либо заключаем новый контракт на ваших условиях. Можете внести часть денег раньше, тогда срок сократится.

— С двух грошей в день особо не разбежишься. — Тот же волшебник продолжил переговоры с нанимателем.

— К жалованию прилагаются премиальные. Всем, кто участвует в стычках, положена доля с трофеев. Скажете, что потасовок может и не быть? Я в это уже не верю. Деньги, собранные на ваш откуп, получены как раз с продажи трофеев. Еще ни одного дня не миновало, чтобы какие-нибудь сволочи не захотели меня ограбить или убить. Не повезло им, но и мое везение не может продолжаться вечно. Поэтому я всяческими способами пытаюсь повысить шансы на выживание.

— С кем ты ведешь войну, Никита? — басом спросил Гаврила.

— Пока я только защищаюсь от нападок. Кто мой враг, узнаете после подписания контракта. Одно могу сказать: он наверняка представляет в республике интересы запада, и убийство нашего сержанта, скорее всего, не обошлось без его участия.

— Ежели я правильно уразумел, всяк день у тебя на службе будет что ходьба по краю бездны. Чуть оступился — и косточек не соберешь? — Прохор явно сомневался, стоит ли принимать предложение.