— Кого черти принесли⁈ — пробурчали изнутри.

— На ночлег не пустите? — спросил он.

— Пустить я могу только кровь, ежели от дома не уберешься. Нашел дурня.

Охота стучать еще раз сразу пропала.

И тут полуночник расслышал радостный скулеж — его догоняли. Теперь надо было уносить ноги еще быстрее.

«Хоть бы дерево какое нашлось, кругом одни развалины. Даже гадать боюсь, куда попал… И все равно полученную чудом жизнь не отдам, сам кого хочешь загрызу. Что тут у нас?»

Наступавший рассвет уже погасил даже самые яркие звезды. Александр осмотрелся. Ничего подходящего поблизости он не разглядел, а башня, на которую изначально держал курс, все еще оставалась далеко.

Зданий вокруг становилось больше. И все до единого были какие-то убогие: серые, с растрескавшимися стенами и забитыми досками проломами. Чуть дальше наметились улицы и проулки. Еремеев опасался сворачивать в подворотни, но в одной из них заметил отблески костра.

«Огонек — это весьма кстати. Запыхался я малость с непривычки. Виданное ли дело — после двухнедельной лежки марафоны бегать». — Он решительно направился на свет.

— Да я любому горло вскрою, токмо подойди! — донесся чей-то неприятный слегка дрожащий голос.

«Какие-то здесь местные все недобрые. То шакалам на съедение оставляют, то грозятся кровь пустить прямо на пороге. Да и у этих греющихся аборигенов затевается что-то явно далекое от идей гуманизма. Зато огонь должен отпугнуть хищников. А мне жуть как не хочется становиться чьим-то ужином. Кормить безмозглых тварей людьми с техническим университетским образованием — непозволительная роскошь!» — Александр направился в сторону костра.

— Щенок смеет огрызаться⁈ Сейчас башку свернем, а потом заглянем к твоей девке. Говорят, баба в самом соку. На один раз нам ее точно хватит.

«Насилие — это отвратительно, особенно в отношении женщины. Как бы им это вразумительно объяснить? Интересно, тут человеку с двумя стволами верят сразу или все же ставят его слова под сомнение?» — Александр вошел в небольшой дворик.

Здесь действительно горел костер, и путник в открытую подошел к нему. Даже присел на камень, положил пистолет на колени и протянул ладони к огню. Все находившиеся во дворе дружно повернули голову в его сторону.

— Господа, я не сильно мешаю? — спросил он, рассматривая местных, после чего добавил: — Если вдруг мешаю, то лучше уйти вам.

Открывшаяся мизансцена заинтриговала Александра. Напротив него, опершись спиной о будку, напоминавшую деревенский сортир, стоял худой высокий парень, напряженно сжимая в руках кинжал. Его окружали пятеро бородатых мужиков, вооруженных увесистыми дубинами.