И, да: новый план принимается, поскольку в России люди таинственного Мантейфеля уже продемонстрировали свою способность сверхточно бомбить сквозь плотные облака.

* * *

Четыре дня пролетели быстро: Антон, чтобы занять себя, попросил господина Абэ помочь ему освоить простейший массаж. Хозяин поместья, разумеется, пошел навстречу пожеланию гостя, и прислал к нему одну из массажисток, самую привлекательную. И вторую массажистку тоже прислал, но уже в качестве учебного пособия. Простые массажистки продемонстрировали недюжинное знание языков: они то и дело, но каждый раз психологически обоснованно, переходили с одного языка на другой. Понятно зачем: узнать национальность человека — это уже очень неплохо. Но Антон продемонстрировал совершенно непонятную реакцию: все фразы на всех языках он узнавал, и даже демонстрировал знание нескольких акцентов избранного языка. Он очень порадовался, когда подслушал как младшая из массажисток жалуется господину Абэ:

— Господин Мантейфель подобен Лизе Дулиттл из пьесы «Пигмалион» сочинения Бернарда Шоу. Любой из продемонстрированных им диалектов излишне совершенен, а значит, не может быть родным.

— Но позволь, Омияин, я природный японец, неужели на родном языке я говорю с ошибками?

— Не с ошибками, господин Абэ, а с какими-то заимствованиями из других языков, иногда делая несвойственные вашей родной местности акценты и ударения… Так проявляется жизненный опыт человека, невольно заимствующего новые для себя понятия и умения.

— Я понял тебя, Омияин. Да, это чрезвычайно странно. А каковы его успехи в массаже?

— Великолепные. Господин Мантейфель чрезвычайно сведущ в анатомии и физиологии человека, к тому же он владеет основами европейского массажа, так что обучение продвинулось необычайно далеко.

— Это прекрасно. Он не пытался соединиться с вами?

— Да, такое случалось. Но каждый раз инициаторами были мы. Следует отметить, что господин Мантейфель весьма изощрён в любовной игре, и каждый раз оказывался в положении господина и руководителя.

— Любопытно. Надо обдумать всё, что мы выяснили.

* * *

К вечеру четвёртого дня американский флот подошел к Панамскому каналу с севера, а с юго-востока приблизился очередной тропический циклон.

Сначала высоко в ясном небе появились тонкие перистые облака, потом надвинулись высокие перисто-кучевые, а за ними стеной пошли низкие, плотные кучевые облака. Ветер усилился, и теперь гнал волну, увенчанную белопенными барашками.

С утра Антон испросил аудиенцию у господина Абэ, и был немедленно принят.

— Наши планы не изменились, господин Абэ? — поинтересовался Антон. Он знал правду, но зачем раскрывать свои карты в сложной игре?