— Зачем это? — спросил всё тот же солдат.

— Это узкоспециализированное устройство для реанимации тяжелораненых. Кому-то может не помочь, но рискнём.

Непонятные, но явно научные слова внушили солдатам доверие, они принялись помогать Антону с удвоенным усердием. В мешки поместили и бойцов с самыми тяжёлыми ранениями, отсортированных врачами санчасти как безнадёжных.

Пока обрабатывали тяжелораненых, пришел сигнал, что один из убитых подал признаки жизни, и Антон поспешил к нему. Ожившим оказался парень лет двадцати пяти, высокий и статный русоволосый красавец. Пластырь в область сердца, пластырь в район печени, стимулятор на сонную артерию, и парень шевельнулся.

— Ах! — сзади послышался звук падения тела. Антон мельком оглянулся, увидел, как на землю оседает симпатичная девушка в форме. Понятное дело: воскрес явный или тайный возлюбленный.

Второй подал признаки жизни, третий, четвёртый… Не удалось реанимировать только двоих — они просто истекли кровью из обширных ран, да и времени с момента остановки их сердец прошло больше десяти минут.

Антон обратил внимание, что у санчасти появились четверо бойцов с винтовками, которые оттеснили в сторону всех посторонних. «Ага! Вот и спецслужбист себя проявил. Скоро начнёт меня опрашивать.» — подумал он.

Действительно, когда Антон закончил работу с ранеными и умылся, к нему подошел командир с двумя прямоугольниками в петлицах и представился:

— Начальник Особого отдела полка, старший лейтенант госбезопасности Серов Артем Николаевич. Вы согласитесь ответить на несколько вопросов, товарищ Дикобразов?

— Отчего же не ответить? Только вопросов, я полагаю, будет несколько сотен, а то и тысяч.

— Нет-нет! — усмехнулся особист — На такое количество секретной информации у меня полномочий нет, да и не будет ещё лет десять. Званием и должностью не вышел. Если не возражаете, пройдём ко мне, там нам никто не помешает.

— Пойдёмте.

Молча дошли до отдельно расположенной землянки, и особист указал на табурет у стола на улице в шаге от входа:

— Присаживайтесь, товарищ Дикобразов.

Сам он уселся на такой же табурет по другую сторону стола.

— Чаю? Вернее, чаю нет, зато наши повара делают прекрасный травяной отвар. Зверобой, душица, мята… Будете?

— С удовольствием.

— Никифоров! — позвал особист и в дверь сунулся крепкий боец.

— Принеси чаю, и спроси каких-нибудь булочек или бутербродов.

Боец исчез, а особист пожаловался Антону:

— Со вчерашнего вечера мотаюсь, даже толком покурить, не то, что покушать не получилось.

— Понимаю, служба.

— В районе аэродрома действует германская разведывательно-диверсионная группа, очень они нам кровь портят. Ну никак не получается их прищучить.