— Пойдемте, товарищи, нас уже ожидают. — поторопил Берия.

По пяти ступенькам поднялись на высокое крыльцо просторной веранды и вошли в раскрытую двустворчатую дверь. Обстановка зала оказалась довольно скромной: массивные диваны и стулья вдоль стен, небольшие, но тоже тяжёлые столики, на некоторых стояли шахматные доски с расставленными фигурами.

По широкому коридору пришли в другой зал, поменьше, где в кресле сидел и читал книгу человек, хорошо известный и через тысячу триста лет: Иосиф Виссарионович Сталин.

— Добрый вечер, товарищ Сталин. — хором и очень слитно сказали гости, а Сталин поднял голову:

— Добрый вечер, товарищи, проходите, присаживайтесь, нам нужно поговорить.

Гости прошли и расселись в креслах, расставленных в круг. Сталин молчал, давая возможность освоиться в незнакомой обстановке, и когда все разместились, сказал:

— Мы заочно друг с другом знакомы, давайте разговаривать запросто. Сначала я спрошу капитана Аверина, как боевого лётчика. Скажите, товарищ Аверин, хороши ли отечественные самолёты?

— Наши советские самолёты вполне хороши на текущем этапе войны, товарищ Сталин. Мы даём фашистам достойный отпор, но наши самолёты недостаточно хороши для достижения победы. К примеру, как говорили заводские специалисты, которые доставили нам в полк первые самолёты ещё в мае этого года, наш штурмовик Ил-2, изначально конструировался двухместным, но потом его сделали одноместным. Я вижу за этим решением чью-то злую волю. Штурмовики намеренно сделали беззащитными перед атаками истребителей, сзади. В полку мы переделывали наши штурмовики, устраивали место стрелка и пулемёт для него, я сам участвовал в такой работе, и в результате наши потери резко снизились. Полки, где таких работ не проводилось, погибли в полном составе.

— Как бы Вы ещё улучшили свой самолёт, товарищ Аверин?

— О первом, о месте стрелка, я сказал. Во-вторых, я бы посоветовал конструкторам сделать систему шаг-газ, которая автоматически изменяет шаг винта в зависимости от задаваемой мощности двигателя. Такие устройства имеются на немецких самолётах, я видел на трофейных машинах. Устройство не очень сложное, но сильно облегчает боевую работу пилота. Третье, это автоматические створки водо и маслорадиатора.

— У Вас правильное отношение к делу, товарищ Аверин. Пройдите в соседнюю комнату, Вам дадут бумагу и принадлежности, составьте заявку на необходимые приспособления, я лично буду ходатайствовать, чтобы их рассмотрели без задержек. У Вас есть ещё мысли?

— Есть, товарищ Сталин. Может это и не моего ума дело, но как коммунист я обязан высказаться.